Пол Андерсон - Операция "Луна"

Речь шла о Долгом Сне и Пробуждении. Картины древности были воссозданы впечатляюще. Мы словно вживую видели доисторический мир — мамонты и драконы, пещерные медведи и кентавры, первобытные люди и эльфы. Один эпизод был очень забавным, когда какой-то кроманьонец пытался сделать наконечник копья из рога единорога, а тот мигом раскрошился. Солнечный свет и естественная химия природы оказывали губительное воздействие на разнообразных существ. Даже если живые Создания переносили все это неплохо, то их хрупкие останки приходилось изучать с помощью точнейших приборов, в основном магических. Повествование сразу стало серьезным, когда зашла речь о том, как различие между обычными и магическими существами порождало страхи и непонимание. Возможно, именно поэтому с каменного века не осталось пещерных рисунков иных Созданий.

— Без сомнения, древние охотники иногда загоняли Других животных, а иногда сталкивались и с разумными Созданиями, — говорил профессор, у которого ведущий брал интервью. — Они даже могли становиться друзьями… или смертельными врагами. В сказках упоминаются мужчины и женщины, которые попадали в странные места, которые по описаниям сильно напоминают необычную цивилизацию эльфов.

На экране возникла картина радужных сверкающих домиков с парящими в небе шпилями, более магических, чем материальных. Из ближнего леса выглядывал человек в кожаной одежде, и на лице его отражалось восхищение пополам со страхом.

— Конечно, некоторые шаманы поддерживали с Другими регулярные отношения. Но древние ведьмы и колдуны переоценивали свои способности и пытались подчинить себе стихии, мир и судьбу. Они рвались вперед изо всех сил, пробираясь на ощупь, но часто тормозили или шли ложным путем, поскольку не имели понятия о научном подходе.

„А что, мы так далеко продвинулись?“ — подумал я. И почему-то задумался о Джинни, которая одна-одинешенька в своей мастерской ведет войну с неизвестным врагом.

— Волшебство, как называли древнюю магию, потерпело сокрушительный удар в бронзовый век. Созданиям Света была чужда сама идея борьбы за выживание. Военная аристократия стремилась изжить силы, которые могли поставить низшие классы с ними на равных. Волшебство стало считаться злодейством. Тем не менее популяция людей была еще невелика, потому сохранились районы, где процветала паранормальная природа и ее детища. Богословы, знахари, предсказатели и поэты черпали в них силу для своего искусства. К сожалению, как и злые волшебники.

„Ага, — вякнул мой неугомонный дух противоречия, — как и сейчас. Дай людям силу, любую силу, но особенно власть над другими людьми, как тотчас найдутся желающие поуправлять. Притом не так страшны мошенники, как радетели о всем человечестве“.

— …железный век, когда железо стало повсеместным, его магнетизм ослабил магические силы, на что никогда не был способен природный магнетизм… Увядание паранормальной природы, крах ее экологии…

Душещипательные кадры: поля асфодели, припорошенные пылью; погибающая на берегу русалочка, чья жизнь гасла так же неотвратимо, как жизнь валяющейся рядом медузы; виноградная лоза обвила статую, которая когда-то произносила пророчества; отчаявшийся шаман безнадежно машет руками, пытаясь призвать дождь на иссохшие поля своего народа…

— Немногие Создания продержались дольше остальных, в заброшенных уголках Старого, а после и Нового мира, в Арктике и Тихом океане. Но безжалостное наступление европейской цивилизации…

„Безжалостность, — снова взвился мой разум. — Что это — неспособность или нежелание прикончить для еды больше одного моржа?“

— Возможно, некоторые Создания выжили на изменившейся Земле…

„Как Койот и… кто же еще? Балавадива говорил о ком-то еще, и его голос дрогнул… Если возмутились, разве вправе мы их винить?“

— …европейские гномы держались дольше всех, поскольку железо никогда им не вредило. Собственно, они стали не только искусными кузнецами, но и научились соединять простые изделия с магическими заклинаниями. Рассказы о чудесных украшениях, золотых конях, зачарованном оружии…

„Э, — сказал я себе, — если кому и по силам создать специальное оборудование, какое нужно аль-Банни, так это гномам!“

— Но в то же время последние животные, растения и разумные существа исчезли с лица Земли. Их экология рухнула, единственным спасением было укрыться глубоко под землей или под водой, наложить на себя последнее заклинание и погрузиться в Долгий Сон до лучших времен или до Судного дня.

На экране возник гном, который упаковал кузнечные инструменты и заполз в пещеру под горой. Он мог бы выжить в этом мире, но что бы он ел? Торговле с божествами и фэери пришел конец. Сколько люди заплатят за работу, тем более что волшебству и чарам уже нет места на Земле?

Железо, пар и электричество начало триумфальное шествие по миру…

Дальше. Упомянув Планка, Эйнштейна, Моусли, Масклина и дальнейшие открытия, сделанные на работах этих титанов, передача пустилась рассказывать о том, как Спящие, один за другим, раса за расой, дикие драконы за горными троллями, начали Пробуждаться и вступили в новый магический век. Тут уже пошли документальные кадры. Показали несколько великолепных сцен, типа нимф, которые плясали в росистой траве, а закат золотил их распущенные косы. Кое-что и помрачнее — охоту на русалку, которая убивала купающихся в озере Ильмень. Были и такие эзотерические кадры, как заседание глав разнообразных церквей, которые совещались — можно ли считать фэери божьими созданиями. Показали и современные обсуждения, типа стоит ли включить в минимальную заработную плату стоимость чашки молока, которую выставляют скандинавским ниссе за работу по дому… И так далее. Разволновавшись, я смотрел остальное уже не так внимательно.

Когда пришло время ложиться спать, дети — в зависимости от возраста — кто раньше, кто позже отправились в спальню. Последним лег я. Долго лежал без сна, но Джинни так и не подошла. А потом я заснул.

В воскресенье мы встали позже обычного. Нет, мы не пали духом, но понимание, что дел невпроворот и начинать надо немедленно, сидело занозой в мозгу. Вошла Валерия, Свартальф — за ней по пятам. Когда дочь увидела нас, клюющих носами над чашками кофе, то остановилась. Кот не упустил возможности пошипеть на Эдгара, который тут же развернулся к нему хвостом.

— Доброе утро, — хором сказали мы с Джинни.

Голубые глаза с минуту пристально изучали нас, потом девочка спохватилась и поздоровалась в стиле прежнего счастливого детства:

— Салют, патриарх и матриарх! Чем угощают на шабаше?