Ма Лернер - Дорога без возврата 3

  - Нет, конечно, - заверил я, садясь напротив и придвигая к себе тарелку с бутербродами. Не только лапать автоматы умеет, завтрак приготовила, чайник тоже кипел недавно и чай заваренный имеется. Посуда, оставленная вчера в раковине, была вымыта и аккуратно поставлена на подставку. Стол тоже протерт и вроде пол вымыт. - Был бы бандитом, за подобные вопросы и за то, что оружие берешь без спроса, непременно взял бы и головой об стену треснул. Потом порезал на куски и спустил в унитаз. А я даже выражаю тебе благодарность, - провозгласил я, - за проделанную работу на кухне. Кушать хочется.

  - Как тебя зовут?

  - Катя.

  - Екатерина м...

  - Катя Токарева.

  - А чем не устраивает Екатерина?

  - А тебя как зовут? - спросила она.

  - Ярослав.

  - Хорошее имя, - одобрила Катя. - Везде годится. Приходишь к каким-нибудь скинхедам: Я Ярый славой, исконно русский, попадаешь в компанию к евреям - Яриком назовешься, а серьезным людям можно представиться Вячеславом. Нейтрально и приятно.

  - И что плохого?

  - Ничего, - надувшись, ответила она. Я - это я и никак иначе. Под других подстраиваться не собираюсь.

  Если не бандиты, тогда инопланетяне, - уверено сказала она, понаблюдав, как я поглощаю второй бутерброд и, ставя передо мной стакан с чаем.

  - Это почему? - изумился я, чуть не подавившись.

  - Так вот же, - показывая на автомат, заявила она, - бластер или еще какая похожая штучка. Под кроватью валялся.

  - А, - с облегчением ответил я. - Это не бластер, а самый обычный израильский автомат Тавор под патрон 5,56x45 NATO. Просто вид такой идиотский. Дизайнеры постарались. А все эти штучки, что торчат и поблескивают, коллиматорный прицел с лазерным целеуказателем и ночной прицел.

  Хорошо еще, что Черепахе не стукнуло в голову прицепить гранатомет для лучшего вида.

  - А кто вы тогда?

  - Мы перевозим разные ценные вещи, нуждающиеся в охране, - туманно пояснил я.

   - А теперь, когда мы с тобой познакомились и вежливо побеседовали, а я ответил на разные сильно умные вопросы и даже не устроил расчлененку за неприличное поведение...

  Я подозреваю ты в курсе, что некоторые вещи без разрешения брать нельзя? Я не про холодильник...

  - Я больше не буду, - трагически прошептала Катя, причем раскаянием от нее не пахло.

  - Вот мы сейчас и проверим, что ты будешь, а что нет. Давай рассказывай, кто ты такая и как дошла до такой жизни, чтобы в подъездах спать. Явно не первый день. Будешь врать - выкину на улицу моментально, не сейчас, так потом. Я твои слова непременно проверю.

   Она помялась и заговорила. Ничего особо оригинального. Отца нет, мать пила. Потом привела сожителя и перешла на новый уровень. Теперь они кололись на пару. Про дочку вспоминали, только когда надо было послать за дозой, а в промежутках Катя приворовывала, чтобы не голодать, потому что отсутствие еды их под кайфом особо не волновало. Но все было еще ничего, только неделю назад сожителю матери стукнуло в дурную голову, что пятнадцатый год самый срок и не плохо бы ее продать ценителю. Мужиков у нее еще не было - самое то на большого любителя. Вот тут она и сбежала из дома. Ночевала где попало, благо на улице еще тепло. Странно было, что девочка даже не пыталась врать и умалчивать, ведь кое-что, вроде воровства в магазинах, могла бы и не рассказывать.

   Шаркая тапочками, в кухню вошла Черепаха с недовольной рожей. Катя мгновенно метнулась к шкафчику и достала оттуда стакан, потом налила в него кефир из пакета. За неимением в магазине нормального кумыса, все лучше, чем ничего.

  - И вот откуда ты знала, что она хочет? - заинтересовано спросил я.

  - А, - пробурчала Черепаха, - дошло. Я то давно вижу. Есть потенциал, такие только в московских подъездах и валяются.

  - А я часто угадываю, - не понимая, в чем дело удивленно сказала Катя. - Иногда даже пользуюсь этим. Вижу, вот сейчас охранник в магазине отвернется и можно будет что-то в карман сунуть. Мама говорила, у нас в роду цыгане были. Может и правда, хотя по масти, - она провела рукой по волосам, - никогда не скажешь.

  - И вот что из нее выйдет, - отдуваясь после холодного стакана кефира, спросила неизвестно кого Черепаха, - если через эльфов пропустить? Очень любопытно будет, потом посмотреть. Попробуем?

  - Это вы про что? - настороженно спросила Катя, напрягшись.

  - Это мы про другие планеты, - пояснил я, - не боись, никто тебя заставлять не будет. До шестнадцати они не пропускают, а в России, если я правильно помню, до восемнадцати. Они по совершеннолетию считают. Стукнуло восемнадцать, имеешь право подписывать контракт. Нет - свободен. Разве что с семьей, когда всем племенем, но это явно не твой случай.

   Стоп, - сказал я сам себе. - Значит, ты сразу поняла, что резать я тебя не буду?

  - Ну не сразу, - созналась Катя, - но поняла. А вот она может.

   - Не она, - пробурчала Черепаха, - а Мария. Как там меня по отчеству правильно именуют? - спросила она меня. - Впрочем, и так сойдет. А он, - показывая на меня, - может и не любит детишек убивать, но при необходимости запросто. А уж пороть, большой специалист.

  - Значит, я могу остаться? - радостно спросила Катя.

  - Будешь учить? - обратился я к Черепахе.

  - Попробую, - подтвердила она. - Хуже точно не будет.

   - Значит так, - сказал я подумав. - Жить будешь здесь. Только ничего бесплатного на свете не бывает. Назначаешься квартироуправительницей. Мыть, убирать, варить, ходить в магазин за продуктами и что там еще понадобится - твоя обязанность. Будешь выполнять работу плохо, сделаем выводы. - Она послушно закивала. - Надеюсь, - с сомнением сказал я, - что ты не только слушаешь, но и между ушами у тебя что-то имеется.

   Теперь второе. Оружие и вообще непонятные предметы без разрешения не трогать, если дверь закрыта в помещение не лезть. Заперто, значит, есть причина. Это не сказка про Синюю Бороду - это вполне может быть опасно для жизни. Мы иногда таскаем всякую дребедень и тебе ее ни трогать, ни видеть не рекомендуется. Может быть элементарно опасно для жизни и здоровья.

   С чужими людьми о наших делах не беседовать, лучше, если что непонятно, у нас спроси. Если поинтересуются, скажешь, мда... что вот она, - я показал на Черепаху, - твоя старшая сестра. Сводная, от другого папаши, поэтому фамилия другая, а почему живешь с ней, сама прекрасно знаешь, дома невозможно. Да, - вспомнил я, - вот этого типа, - показывая на сидящего у двери котенка, - зовут Черныш. В твои обязанности входит давать ему еду, воду и менять песок в ящике на балконе. Дверь туда не закрывать, пусть ходит спокойно, когда приспичит.

   Завтра сходим к тебе домой, заберем свидетельство о рождении, что там еще должно быть... Надо, - с сомнением добавил, - в школу тебя пристроить.