Алекс Орлов - Возвращение не предусмотрено

– Прошу вас следовать за мной, сэр! – сказал подскочивший к нему худой лейтенант. – Пятьсот десятый ждет вас.

– Хорошо, ведите меня, – ответил капитан, хотя прекрасно здесь ориентировался и мог самостоятельно дойти даже до третьего периметра ограждения. Однако ходить по одному здесь было небезопасно: в одиночек часовые стреляли без предупреждения и такие прецеденты уже случались.

Год назад два офицера двигались между вторым и третьим периметром, и один из них нагнулся поправить расстегнувшийся клапан на ботинке.

Его приятель остался стоять и был немедленно застрелен ближайшим часовым. Когда несчастный упал, его перепуганный напарник разогнулся и, оглядевшись, тут же получил пулю – уже от другого часового, который также заметил одинокую фигуру.

После этого случая уже никто не поправлял обмундирование и средства защиты, пока не проходил все периметры.

Возле ярких оранжевых домиков, в которых располагалась администрация промышленной зоны, охрана, пункты питания и покои экстренной медицинской помощи, лейтенант остановился и, указав на дверь, произнес:

– Они там, сэр.

Хоуп поднялся по низеньким ступенькам и, пройдя по коридору lhln первых четырех дверей, постучал в пятую.

– Заходите! – услышал он голос Пятьсот десятого и смело вошел внутрь.

– Здравия желаю, сэр! – приветствовал Хоуп самое высокое должностное лицо на всей планете.

– А, это вы, капитан? – казалось, Пятьсот десятый был удивлен. – Ну ладно, приехал и приехал… Надеюсь, взял с собой все необходимое?

– Здесь, – произнес Хоуп и похлопал по стальному чемоданчику.

– Молодец! – Пятьсот десятый кивнул и, не зная, что ещё спросить, повернулся к майору Кархарду, который отвечал за безопасность объекта и оттого подозревал в нелояльности каждого.

– Что известно о трупе нарушителя режима, которого вам вчера доставили? – спросил Кархард, угрожающе наклоняя голову.

– Труп принадлежит примару, сэр. И этот примар был тренирован для рукопашных схваток. Об этом говорят деформации на его костях, а также развитая мускулатура.

Пятьсот десятый и Кархард многозначительно переглянулись.

– Хорошо. А что вы можете сказать о шпионском аппарате?

– Могу сказать, сэр, что аппарат исправен и на нем была произведена передача файла, но без маршрутной его части. Мои специалисты утверждают, что он мог не дойти до адресата, застряв в архивах промежуточных станций.

– А что содержал этот файл, вы определили? – мгновение помолчав, спросил майор.

– Пока что сделать это невозможно, – честно признался Хоуп.

– В силу каких причин?

– В силу некомплекта личного состава. У нас нет квантового механика…

Кархард посмотрел на Пятьсот десятого, тот утвердительно кивнул:

– Да, есть такая проблема. Но ещё до обеда мы её решим. Механик уже едет…

Сообщив эту радостную весть, Пятьсот десятый сделал неопределенный жест рукой и добавил:

– Идите, капитан, переодевайтесь. Нам пора идти в промышленную зону.

– Да, сэр, конечно.

Хоуп повернулся и вышел в коридор. Худой лейтенант отпрыгнул от двери, и капитан понял, что тот подслушивал.

«Может, прямо сейчас сдать его Кархарду?» – подумал он без всякого энтузиазма, однако решил этого не делать и отправился переодеваться в костюм индивидуальной защиты.

Костюмы выдавались на втором этаже, в небольшом помещении, отделанном холодным кафелем.

– Здравия желаю, сэр, – приветствовал Хоупа сержант, отвечающий за выдачу и возврат средств защиты. – Опять к нам?

– Опять, – сухо ответил капитан.

– Какой размерчик? Двенадцатый?

– Откуда двенадцатый? У меня всегда был восьмой, – возразил Хоуп.

– Восьмой так восьмой, – пожал плечами сержант. – Просто я хотел вам поновее дать… А то восьмые размеры старые уже, все чаще господа офицеры на химические ожоги стали жаловаться… Но раз вы хотите восьмой, – бормотал под нос сержант, копаясь в дезинфекционной камере, – то вот вам восьмой.

С этими словами он положил перед Хоупом защитный комплект.

– А-а… двенадцатые есть? – поинтересовался капитан.

– Есть – как не быть. Для вас всегда припасу который получше.

– Сержант убрал восьмой номер и положил перед Хоупом двенадцатый. W Опять же масочка на нем попросторнее, когда блевать начнете, не захлебнетесь, а то вон приезжий полковник…

– Да с чего ты взял, что я в маску блевать собираюсь?! – закричал Хоуп, разозленный наглостью сержанта. Однако тот лишь понимающе улыбнулся и ответил проникновенным тоном:

– Так ведь никто из господ офицеров блевать не собирается, но раз уж вы идете на закладку катализатора, то всякое может случиться… Вы ведь ни разу ещё на закладке не присутствовали?

– Не присутствовали… – как завороженный повторил Хоуп, прижимая к себе стальной чемоданчик. – То есть не присутствовал…

– Ну ничего, авось пронесет.

Спустя четверть часа капитан Хоуп уже стоял рядом с такими же, как он, переодетыми в пластиковые костюмы офицерами. Их набралось одиннадцать человек и все ожидали выхода Пятьсот десятого и майора Кархарда.

Наконец те появились, также одетые в защитные костюмы, однако их цвет был не грязно-желтым, как у всех остальных, а салатовым, отчего оба старших офицера выглядели как гусеницы.

– Пошли, – глухо скомандовал Пятьсот десятый и двинулся первым, предоставляя остальным следовать за ним.

Идти пришлось долго. На проходных с периметра в периметр то и дело возникали какие-то заминки, и часовые нервно передергивали затворы. Приходилось связываться с начальником караульной смены и ждать, когда он придет для выяснения вопроса, а тем временем вся группа стояла под прицелами сидевших на вышках пулеметчиков.

Наконец эта часть путешествия закончилась, и группы спустилась в долину на медленном фуникулере. Затем все перебрались на специальные пассажирские вагонетки и покатили прямо на стену стелющегося по земле тумана, из которого то и дело доносились чавкающие звуки действующих гейзеров.

Скоро вагонетки вкатились внутрь белых облаков, и капитану с непривычки показалось, что он ничего не видит. Однако позже, присмотревшись, он стал различать кипящую в скважинах грязь и снующих вдоль булькающих ям служителей, вооруженных длинными щупами.

Возле скважины, обозначенной связкой из синих ламп, вагонетки остановились. Все прибывшие сошли на специально приготовленный помост. И Хоуп сошел тоже.

Его слегка трясло от волнения, поскольку капитан понимал, что сейчас должно произойти нечто ужасное.