Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

— Видите ли, в возрасте двенадцати лет Риана оказалась на краю гибели. Я был достаточно близко от места трагедии и добровольно отдал часть своей крови, чтобы закрыть раны и спасти ее жизнь. Риане повезло. Ее тело полностью приняло демоническую регенерацию, перестроилось и сохранило эту особенность.

В палату заглянуло секундное молчание. Я искренне недоумевала, в чем же мне повезло, Эрика Магни хмуро взирала на демона, и только господин Горячий улыбался.

— О! — выдал некронавт и поспешил вернуться за лабораторный стол. — Если у девушки приобретенная регенерация демонов, то это многое объясняет. Я смогу определить дозу антидота и… Поразительно! Просто поразительно! Впервые сталкиваюсь с чем-то подобным… Где чистый блокнот? Надо сделать заметку для статьи…

А вот Эрику Магни новость не обрадовала. Более того, она сделала выводы. Правильные выводы.

— Он нарек тебя своей? — вот и все, что она спросила, а я…

Я даже сил для ответа найти не смогла. Молча прикусила губу, отвела взгляд и нерешительно кивнула, подтверждая даже то, про что дорал-кай тактично умолчала.

Она сперва посмотрела на красную, сгорающую от стыда меня, потом на занятого работой господина Горячего и с улыбкой дружелюбного крокодила метнулась к демону. Стремительное движение, и Хет-Танаш оказался схвачен за горло хрупкой женской ручкой.

Даже не знаю, что удивило демона из правящей ветви больше: поразительная скорость декана факультета звездокрылов, отчаянная смелость или безупречное владение языком демонов, который, вообще-то, считался самым сложным. Меня так все и сразу!

Дорал-кай говорила. Судя по интонации и позе, даже выговаривала, а еще требовала и, кажется, материла. Хет-Танаш стряхнул ее руку с собственной шеи и что-то быстро пробормотал в ответ. Посмотрел на меня и произнес еще несколько фраз все с той же мерзкой улыбочкой.

Госпожа Магни выслушала все молча, сложила руки на груди, подумала несколько секунд над ответом и…

— Пошел вон отсюда.

И сказано это было так тихо, так вкрадчиво и доходчиво, что у меня аж мурашки по всему телу пробежали. И участился пульс. И, честно говоря, захотелось сбежать вместо демона.

Вот просто встать с больничной койки и сделать ноги!

И плевать на яд. Плевать на последствия. Лишь бы не видеть дорал-кай такой убийственно спокойной!

А вот демона тон не впечатлил. Хет-Танаш растянул губы в насмешливой ухмылке и посмотрел на меня.

— Если тебе станет хуже, Риана… Если эти, — кивок в сторону увлеченного делом некронавта, — не найдут способа поставить тебя на ноги, я вернусь. Я вернусь, уничтожу всех, кто встанет на моем пути, и волью тебе свою кровь снова.

— Мы не в Даркшторне, — напомнила Эрика Магни.

Демон дернулся, его кожа побелела, черты заострились, выдавая с трудом сдерживаемое бешенство. Никто в здравом уме не отважился бы напомнить ему о таком, а декан жестко и непреклонно поставила зарвавшегося собственника на место, проводя границы дозволенного.

— Оберегать Риану — это мое право и моя привилегия. И я плевать хотел на тех, кто считает иначе, — холодно сказал он, развернулся и вышел.

А вот мы остались, и напряжение тоже никуда не ушло.

— Слушай меня внимательно, смертница, — сказала госпожа Магни, пристально глядя в глаза. — Если вот этот озабоченный демон не так на тебя посмотрит, скажет что-то двусмысленное или, уберегите драконы его от такой глупости, распустит руки… — Она сжала кулаки, набрала полную грудь воздуха и отчеканила: — Просто. Зови. Меня.

И стало ясно: как бы ни храбрилась госпожа Магни, как бы часто ни повторяла, что все мы для нее смертники, а не адепты, на нас ей было не плевать.

— Спасибо, — прошептала я, чувствуя, как подкатывает теплая волна благодарности, а глаза начинает щипать от подступающих слез. Я даже позорно всхлипнула, но, к счастью, грозная дорал-кай этого не услышала.

— Тихон! — рявкнула она, разворачиваясь к старичку, с головой ушедшему в работу. — Бросай конспекты! Нам нужен антидот, а не научная статья.

— Но, Эрика…

— Бросай-бросай, мертвой адептка Нэш никому из нас не интересна.

— Ну не скажи, — запротестовал некронавт, вытирая розовые окуляры носовым платком. — Да, общеизвестный факт, что полукровки не восстают, как и другая нежить. Однако в данном случае мы имеем дело с чистокровным человеком, но с преобразованной кровью, и есть шанс, что…

— Ти-хон! — пропела Эрика Магни, грозно сверкая ярко-синими глазищами.

— Все-все. Тебя я понял. Умолкаю. А то еще по шее получу и антидот не завершу… — шутливо продекламировал старичок и подмигнул мне. — Не трусь, голубушка, ты в надежных руках. Умереть тебе тут не дадут.

В чем-чем, а в этом я не сомневалась.

— Эрика, рассказывай, — приказал господин ректор, без стука и приглашения врываясь в палату.

К этому моменту господин Горячий рассчитал дозу антидота, немного подправил компонент сыворотки с учетом демонических особенностей моей крови и ввел полученную смесь. Рану повторно обработали и наложили повязку, а вот температуру не сбивали, аргументируя это тем, что так я быстрее пройду процесс очистки.

Но мне было так откровенно плохо, что никакие аргументы не спасали.

А тут еще и братец нагрянул.

Да в каком виде! На щеке магистра темных искусств алели три глубокие царапины от когтей, волосы всклокочены, одежда в пыли, рукав на плече треснул и разошелся по шву.

— Что с тобой? — не удержалась я от вопроса.

— А с тобой⁈ Где ты умудрилась нахвататься отравы! — рявкнул брат, и тьма окружила его глаза и виски, до икоты перепугав лекарку, которая принесла для господина Горячего тарелку с бутербродами и травяной отвар.

— Голубчик, не надо буйствовать, — миролюбиво произнес некронавт, осторожно забирая из трясущихся рук девушки посуду. — В защиту нашей девочки скажу, что это все же не респираторное заболевание. Адептку Нэш отравили. Крайне качественно отравили.

— Кто посмел⁈ — рявкнул магистр темной магии с видом «подать мне голову этого мерзавца».

Глава факультета помощи и возвращения пожал плечами, я в точности повторила его жест. Перепуганная лекарка развела руками. Тьма в глазах ректора осталась недовольна таким раскладом и затопила всю радужку и белок.

— Будь здесь, никуда не уходи, — приказал братец и вышел,