Александр Маркьянов - Период распада (Третья мировая война) Часть 1
— Лови!
Бронежилет, он же разгрузка — он удобно расстегивается по бокам, потому что такие сейчас новые требования НАТО — чтобы можно было быстро освободить раненого от жилета. Жилет перемазан кровью, его трудно надевать… но зато там есть несколько магазинов к настоящей штурмовой винтовке и еще много чего полезного…
Накинуть через голову — не застегивая…
Моро тем временем экипировался сам — таким же бронежилетом, автоматом и самое главное — каской, настоящей швейцарской титановой штурмовой каской TIG, которой пользуются бойцы штурмовых подразделений во всем мире, и в которой нельзя различить, кто есть кто — лицо то закрыто. Подарок… на который и рассчитывать не стоило, видимо непредсказуемая девчонка Победа решила сегодня одарить их своим вниманием…
— Держи! Накинь на голову!
На второй каске треснуто забрало — но если его поднять, то голова с трех проекций будет защищена. Тут вопрос только в том, кто пойдет первым…
Папа…
Выйдет сам, ничего не случится.
И тут… долбануло так, что свет в глазах померк…
Вертолет поднялся чуть выше, подполковник намеренно не делал резких маневров — хоть и подставлял себя — но давал возможность работы бортстрелкам. Слева мелькнули трассеры автоматической пушки — Спенсер тоже принялся за работу…
— Стэн, идем чисто! — крикнул второй пилот.
Соколовский только кивнул — всего его внимание поглощало управление вертолетом и экран, дававший картинку снизу. Просто удивительно, что до этого додумались только сейчас — камера с широким полем зрения и экран, на который выходится картинка — перед пилотом. Из кабины вертолета вниз обзора практически нет, что делается ты не знаешь, а времени запросить наблюдателей иногда нет — да и у них обзор вниз не стопроцентный. А тут — просто идеально, камера, видно все…
Вертолет уже поднялся, было видно как суетятся румыны — с такой высоты они были размером с человеческий палец — как вдруг внизу, даже без вспышки… Это сложно описать, просто вот есть дом, если улица, есть люди… ты моргнуть не успеваешь, как вдруг там уже ничего нет, а вместо этого всего — бесформенная масса дыма, пухнущее с каждой секундой грязное дымное облако…
— Ай-И-Ди![59] — выкрикнул кто-то из техников-наблюдателей, скорее всего Круз, хотя подполковник и сам это все прекрасно видел.
— Держитесь!
Сикорский пошел вверх и правее, уходя от взрывной волны. Они не стали висеть над объектом как живые мишени, и поэтому остались живы, только тряхнуло…
— Оверлорд-четыре, я Бегун-три, наблюдаю сильный взрыв рядом с объектом, похоже мощное IED. Десант под ударом, нужна спасательная операция, как понял меня, прием…
— Бегун-три, я Оверлорд-Четыре, прошу уточнить место взрыва IED, прием…
— Ракета справа! — выкрикнул бортстрелок.
Снова заработала, на сей раз — зачастила, поливая разрывными снарядами место пуска.
— Дракула, в какой заднице ты сидишь!? — выкрикнул, потеряв на секунду самообладание Соколовский
— Я Дракула, захожу на цель.
— Сэр, это Ар-Пи-Джи!
Взвившаяся со стороны города звездочка кометой шла вверх, не реагируя на их маневр уклонения, прошла правее и треснула вспышкой самоликвидатора в пятидесяти метрах левее американского вертолета.
Мать их всех румынов…
— Оверлорд-четыре, я Бегун-три, по мне работают из РПГ, уходу на точку ожидания два. Над городом гроза, повторяю, над городом — гроза. Ситуация с Ай-И-Ди — квадрат одиннадцать, там еврейский культурный центр и дальше грузинское консульство, сориентируетесь по дыму. Над городом гроза, оставаться в режиме ожидания не могу, ухожу на точку два.
Не слушая румын, Соколовский отдал ручку — и вертолет пошел в сторону моря. Оставаться над городом после высадки мамалыжного десанта он не собирался — в конце концов, если мамалыжники завалили эту кашу, пусть ее и расхлебывают, а он не собирается подставлять свою задницу и задницы своего экипажа под огонь ракет над Одессой.
Пошли они все…
Несмотря на настойчивые призывы и даже просьбы увеличить свой дислоцированный в регионе Черного моря контингент войск, прежде всего авиационный компонент и силы спецназа — американцы всеми силами уклонялись от решения этого вопроса. Поэтому, основную тяжесть воздушного прикрытия южного сектора зоны миротворческой операции вынуждена была принять на себя румынская армия со своими ВВС. А это значило, что из современных истребителей над зоной конфликта были только шесть довольно старых F16, да и уже долетывали свой ресурс, по три-четыре машины каждый день ремонтировались. Лучше было с вертолетами, поскольку Румыния являлась их производителем. Но если производство IAR-330, она же Пума — было локализовано процентов на шестьдесят, то Дракула, старый AH-1W Cobra в Румынии только собирался из американских сборочных комплектов. Но сейчас румыны, равно как и другие «новые члены Объединенной Европы», которым доверяли таинство прикосновения к новейшей западной технологии — очень этим гордились и дали вертолету гордое имя Dracula. Возможно, в том был намек для соседней Венгрии — ведь Трансильвания до Второй мировой войны была венгерской, а граф Владислав Дракула был венгерским аристократом, а не румынским, и венгры хорошо это помнили. А тут… не отдадим, в общем…
Дракул на данный момент в румынской армии доставалось двадцать один вертолет — остальные были потеряны по разным причинам — и их пилотировали самые опытные летчики, прошедшие подготовку в США. За штурвалом ведущего вертолета одной из пар с позывным Дракула — три был майор ВВС Румынии Мирча Бужор, один из пилотов, которые проходили подготовку именно в США, а не на спешно собранных при вступлении в НАТО курсах переподготовки летного состава. Он летал на различных типах летательных аппаратов в ВВС Румынии вот еще почти двадцать лет, и до сих пор оставался в живых, потому что был очень осторожен.
Был у майора и боевой опыт — его он получил в Афганистане, летая на своей Кобре среди гор: через Афганистан прошли все пилоты Кобр и впоследствии это им здорово помогло. Афганистан запомнился нищими кишлаками, лысыми горами, на которых ничего не растет, пылью, грязью и постоянным ощущением опасности. К тому времени когда он туда прибыл талибы чуть поменяли тактику — теперь они охотились не за вертолетами, а за их пилотами. Они в составе международной группы базировались в Фарахе — скверное, полупустынное, полугорное место, рядом с Ираном. Аэродром этот принадлежал зоне «Запад» и они тоже принадлежали зоне «Запад» — но летать приходилось в основном по сектору «Юг», а то и «Юго-Восток». Обстрелы с земли были нечастыми и особо не опасными: угрозу для вертолетов представлял горный сектор «Восток», но там летали американцы.