Ретро Бит 1-10 - Сева Сотх

А живут Кимы, надо сказать, не особенно роскошно, даже аскетично. Получше, чем мы ранее в Пальмовом Оазисе, все-таки капиталисты-эксплуататоры двух десятков рабочих, но не олигархи точно. Даже не средний класс. Весь первый этаж гараж занимает, с многострадальным ржавым пикапом и второй машиной — белым, более или менее свежим бьюиком. Тут же мини-склад для швейного цеха. Лестница выше узкая и скрипучая, вдвоем не разойдешься.

Наверху три комнаты, не очень больших. Суммарно с нашу воронежскую трешку-брежневку, то есть метров шестьдесят пять квадратных. Родительская спальня, детская и кухня-гостиная. Я очень бегло все взглядом окинул. Мебель не новая, из дешёвого двп, на полу потертый линолеум. Одного у Хеджин не отнять — чистоты. Ни пылинки в доме.

Сама кореянка на тощего всадника ночи мне похожей показалась. Ну вот кожа да кости. Не то, чтобы мы с ней друзья, даже не союзники, но добрый и жалостливый я, накормить захотелось. И куда что девалось? А вон оно куда. Это точно азиатский младенец?

Витенька с трудом помещался в установленную для него детскую кроватку, явно рассчитанную на грудничка нормальных весогабаритных характеристик. Его даже плотно пеленать по какой-то причине не стали. Может быть, у азиатов так не принято, или все пеленки оказались ему малы.

— Дочь, возьми брата на руки, — велел мистер Ким.

— Я? — опешила Линда. По лицу Хеджин я понял, что и она от затеи мужа далеко не в восторге. Но спорить почему-то не стала.

— Да. Это твой брат, возьми на руки. Жена, покажи ей, как держать голову.

Всё это «держание головы» — одна из самых пугающих вещей в мире. Во всяком случае, для меня.

Но моя Эль-Кей абсолютно бесстрашна и, вероятно, где-то тренировала секретные женские техники обращения с младенцами, так как уверено просунула руку под спину Витеньке и подняла брата из кроватки под пристальным взглядом Хеджин.

— А-а-у-ааа, — сообщил Виктор что-то крайне важное на языке новорождённых.

Ну как тут не подойти поближе и не умилиться, не нагнуться…

Бам! В глазах на долю секунды потемнело. Фаталити!

— Ах-ха-ха! — смех преобразил Хеджин и она левелапнулась просто до усталой тетки. — Так его, сынок, так ему, мальчишке.

— Хи-хи, он уже дерется, — Линда подтвердила, что и ей забавно, когда всяких каналий бьют пяткой в глаз.

— Надеюсь, фингала не получится. Младенцы мне пока что синяков не ставили, — поддержал я шутку. Надо же, почти нормально с Кимами общаемся. Все чудесатее и чудесатее.

— Ему меньше недели, мальчишка, — презрительно фыркнул Джонатан, — тебе даже лёд не требуется.

— Уа-а-аа! — нечленораздельно закряхтел Витенька. Такой маленький, а уже настоящий каналья. Не зря у его родителей фабрика по пошиву уточек!

— Мистер Ким, у нас скоро самолет во Фресно и потому мы не сможем как следует с вами пообщаться о делах. Но я хотел бы удвоить заказ на мерч с уточками, — озвучил я, потирая глаз, — и плюшевые игрушки, и футболки с уткой на спине и надписью «Каналья».

Лучший способ помочь им финансово, не затрагивая гордость будущего тестя и не заставляя его терять лицо. Этому здоровяку, небось, памперсы нужны особенные, большого размера. Сейчас, правда, совсем без них, что тоже меня пугает. Не хочу пахнуть детскими какашками.

И еще специальное питание, наверное. Вон, из мамки все соки выпил. А от нас не то, что не убудет… еще как убудет, деньги не бесконечные. Но считаю, что плюшевые уточки и футболки — это не расходы, а инвестиции. Еще, быть может, недостаточно заказанных объемов окажется и придется добавлять.

Внезапно теплый визит получился. Но далее мы и правда спешили на самолет до Фресно, чтобы еще и с теть Леной, которую выписали из роддома, повидаться.

С таким количеством перелетов по Калифорнии мне стоит задуматься о собственном самолете или вертолете, но нет, это глупая идея. Воз уже чуть не угробился, сев за штурвал своего легкомоторного самолета. Не хочу себе еще одну амнезию.

Но, слава великому Ктулху, долетели мы без проблем и турбулентности, и вскоре садились в машину к Гектору в аэропорту Фресно.

— Ола, карналь! — брат крепко обнял и меня и Линду. — Ты, вижу, совсем хефе стал, раз на самолете летаешь, а недавно еще… да неважно. Поехали познакомлю с моим сокровищем. Эта маленькая чикита — вот кто настоящая хефита в нашем доме. Стоит ей голос подать — и я таю. Готов на цыпочках вокруг нее плясать! Ты не представляешь, карналь, какое это счастье. Я самый счастливый человек в мире! Орале!

И так почти час, пока не добрались до Оукхерста. Там же… никаких открытий крошечная девочка мне не подарила. Младенцы, блин, одинаковые! Маленькие и хрупкие, прикасаться страшно. Елена, немного набравшая вес во время беременности, но оставшаяся прекрасной, аккуратно подала мне племяшку и я даже дыхание затаил. Всех мыслей — правильно держать голову. Я же не ошибусь? Не наврежу малышке? Может быть, и глупый страх, своя-то голова у меня на месте, а анатомический принцип — простейший и интуитивный. Но всё равно непередаваемое облегчение испытал, когда плотно завернутую в кулечек Валеньку у меня забрали.

Елена позвала всех за стол, до следующего самолета время в запасе еще оставалось, и только я успел вкусить чудесного моле, как в дверь постучали. Деликатно так, явно чтобы не побеспокоить ребенка.

— Карналь, откроешь? — предложил Гектор и показал руки, перепачканные в жареной курице. Никакой дедовщины, и сижу я ближе всех ко входу.

— Ага, — кивнул.

Дом у Гектора и Елены не такой и маленький, но от кухни до прихожей буквально пару шагов. Открыл дверь… там стояли две смуглокожие девочки лет тринадцати в скромных темных платьицах. У одной волосы в косички заплетены, у второй в пучок на затылке. Под ногами