Юрий Нестеренко - Юбер аллес (бета-версия)

- Смотря для кого благополучно, - желчно заметила старуха. - Для Райха - разумеется, а для ее участников... в живых тогда осталось четыре человека. И перед этим с экспедицией несколько месяцев не было связи. Порциг тогда настоял на продолжении работ, несмотря на поломку рации и наличие в отряде больных и раненых. Он знал, что близок к цели... Но насчет фильма вы правы. Это полное дерьмо, - Фрау не сочла нужным подыскивать более изящное выражение. - Изначально его предложили делать мне. Я посмотрела сценарий и сказала, что его надо выкинуть целиком вместе со сценаристом. И переписать все заново. И, конечно, никаких десяти серий. Трехчасовой хронометраж. Три месяца они пытались уломать меня на полумеры, а потом отдали проект на все согласной бездарности. Но в это время я плотно общалась с Порцигом. И приобрела на него кое-какое влияние.

- Пока что я не вижу, какое отношение все это имеет к нашим делам, - напомнил Власов.

- То, что он может рассказать, может быть интересно многим. Вам. Вашему начальству. Русским. О, вы даже не представляете, насколько интересно, - усмехнулась старуха.

"Неужели и тут речь о большевистских сокровищах? - подумал Фридрих. - Экспедиция наткнулась на что-то такое в сибирской тайге? Впрочем, вряд ли в этом случае Порциг стал бы молчать. Уж каким бы кабинетным идеалистом он ни был, а ценность золота или чего там оценить в состоянии... Или его заставили молчать? Может быть, тот просочившийся сексуальный скандал - лишь верхушка айсберга, а на самом деле там что-то еще более мерзкое? Извращенцы ведь не останавливаются и перед убийствами..." Идея общения с таким человеком нравилась Фридриху все меньше, но он напомнил себе, что разведчик, как и врач, не может позволить себе брезгливость. К тому же пока все это - не более чем бездоказательные предположения.

- Ну же, Власов, - поторопила Фрау. - Я уже сказала вам, как взять убийцу Вебера. И вдовабок отдаю информацию, практически бесценную для многих. А взамен хочу лишь информацию, ценную для одной меня.

- Хорошо, - решился Фридрих, тщательно подбирая слова. - Если сказанное вами соответствует действительности, вы узнаете то, что просите.

- Ну что ж, - она достала из шкатулки на каминной полке визитку (строгие черные буквы на безупречно-белом фоне), написала на обратной стороне несколько цифр и протянула ему карточку. - Вот его телефон. Ну что ж, было не так уж неприятно познакомиться, Власов, как я опасалась...

Фридрих понял, что его выпроваживают, и решительно перебил: - Подождите. Этот Порциг сам мне все расскажет? Или я должен спросить его о чем-то конкретном?

- Я уже сообщила вам достаточно, - отрезала старуха. - А знаете что? - она озабоченно почесала нос. - Если вы справитесь, я вам обещаю петербургское гражданство. Вам оно понадобится... Но я вижу, вы окончательно запутались. Но теперь идите. Мне нужно заняться своими делами.

- Всего доброго, - только и нашёлся сказать Фридрих, вставая.

- Всего наилучшего, - кивнула старуха. - Надеюсь, я не ошиблась.

Фридрих уже который раз посмотрел на часы. Светящиеся стрелки сходились узким клином: без десяти час. Суровая хозяйка пансиона настоятельно просила не задерживаться после двух. Власова не волновал возможный штраф, но обижать хозяйку без повода не хотелось. Если бы не проклятая пробка...

А начиналось всё в высшей степени удачно.

Сначала Власов собирался взять такси, но в последний момент от этой идеи отказался: ему хорошо думалось за рулём, а подумать было о чём. Времени, по его расчётам, хватало, чтобы проехать без спешки по историческому центру города, а может быть, и увидеть новый деловой квартал, о котором он читал даже в берлинских газетах - ему прочили славу Тверской.

Поэтому он прямо из здания Фонда позвонил в местную прокатную службу и заказал машину. Со служебной машиной в день его прибытия в Петербург вышла накладка - ни одной свободной не оказалось; наутро обещали подогнать "фольксваген" ("у него форсированный движок и вся начинка, как положено", почти извиняющимся тоном произнес по телефону местный представитель Управления, словно чувствуя через трубку неудовольствие Власова), а пока что приходилось довольствоваться услугами проката. По привычке Власов потребовал BMW с навигатором. Через три минуты ему перезвонили с извинениями: все BMW оказались в разъезде. "Вы можете взять за ту же цену машину более высокого класса" - добавила девушка. Власов не стал спорить и согласился на любой автомобиль классом выше. Но всё-таки удивился, когда к поребрику подкатил тёмно-серый "Запорожец".

- Это Novum, новая модель, - похвастался водитель, выбираясь из-за руля. - Облегчённая, но не хуже старых, уж поверьте. И совсем недорогая, кстати. Если сообщите о впечатлениях и заполните небольшую анкету - вам полагается поощрительный приз на память о поездке.

Власов усмехнулся. Скорее всего, компании надоело жаться в престижном, но малоприбыльном классе люкс и они решили атаковать самый аппетитный кусок рынка - кошельки состоятельных людей, не могущих себе позволить настоящей роскоши, но чувствительных к престижу. Конечно, широкой рекламы они себе позволить не могут - это потеря лица, да и толку не будет: люди, способные купить "Запорожец", к рекламным роликам и объявлениям относятся скептически, особенно в России. Но можно действовать и тоньше, ориентируясь именно на потенциальных покупателей. Например, человек, берущий напрокат BMW, хотя в прокате есть автомобили подешевле и не сильно хуже - скорее всего, любитель хороших машин, привык к комфорту, а значит, потенциальный клиент. Лучшая же реклама - близкое знакомство с товаром...

Что ж, подумал Фридрих, почему бы и нет. Покатаемся.

Вежливо, но твёрдо отказавшись от анкеты и поговорив с водителем и выяснив у него кое-какие мелкие технические детали - Власов любил знать подробности о технике, которой собирался пользоваться, - он занял водительское место. Спиной он ощущал пристальный взгляд Калиновского: тот зачем-то вышел его провожать. Фридрих опасался ещё одного непростого разговорчика - но старик оказался неожиданно деликатен, и, вопреки обыкновению, молчал.

Внутри пришлось пристраиваться: коробка "Запорожца" была автоматической, вместо педали газа из пола торчала какая-то пимпа, рычаг - непривычной формы, руль - маленький и с какими-то выступами. Зато приборная панель оказалась выше всяких похвал: по сути, рехнер, интегрирующий все данные о машине и дороге в реальном времени и показывающий их на нескольких экранах в удобном виде.