Александр Маркьянов - Зло именем твоим [СИ]
Вертолет прополз, едва не цепляя брюхом землю между низкими, пологими, поросшими чахлой растительностью холмами — и выполз к плато, на котором они оставили десант.
— С фронта!
— Это свои!!!
Один из тех, кого увидели вертолетчики, начал размахивать двумя светящимися в темноте желто-зеленым светом фосфоресцирующими палками.
— Это свои!
— Они не обозначили площадку!
— Мазл тов, садимся и так!
Пилот вертолета пересчитал тех, кто ожидал их на площадке — их было трое. Площадку тоже обстреливали…
Десантник из Саарет Маткаль сунулся в кабину, от него пахло порохом и потом. Совершенно безумные глаза… хотя и у самих, наверное, не лучше.
— Надо подождать! — заорал он
— Что?! — не понял командир вертолета
— Надо подождать! Группа не подошла!
— Как не подошла, а бэн зона[19]!?
— Наши остались там! Мы их вытащим!
— А, кус амак, нас тут сожгут!!!
Не отвечая, десантник ломанулся назад…
— Турбину на холостой ход! Сделай что-то с поврежденной! — заорал пилот бортмеханику
— Что?!
— Да что хочешь!!!!
Объект Имам Али
Первая группа
Вспышка озарила горизонт — и вдалеке от них за холмом начало подниматься, пульсируя, белое, яростное пламя.
— Попадание! Попадание!
— Есть! Попадание!
Игал обернулся — и увидел мчащуюся по дороге машину, она мчалась прямо на них, и пулеметчик за пулеметной турелью целился прямо в них. И ответить — не выжить — так хотя бы отомстить — никто не успевал.
Объект Имам Али
Саргорд Арад Бешехти
— Аллаху Акбар! Аллаху Акбар! Субхана ллаху!
Автомобиль остановился в нескольких метрах от горячей скоростной машины, вся очередь из ДШК попала в нее, бензин загорелся. Обрадованные хотя бы это маленькой, лично им одержанной победой, солдаты выскочили из машины, один из них выпустил из автомата совершенно ненужную очередь в пожираемые ярким, жадным пламенем тела.
— Аллаху акбар!
Саргорд не смотрел на уничтоженную скоростную машину, с которой верно и вели огонь напавшие на базу подонки. Он смотрел на поднимающееся за холмом белое пламя. Он знал, что это такое — взорвалась ракета, ракетное топливо горит с такой температурой, что сталь течет как вода. Если ракета взорвалась на стартовой площадке — то уничтожен весь стартовый комплекс.
Саргорд повернулся, чтобы отдать приказ — и увидел на холме человека, и этот человек целился в них из гранатомета.
— О, Аллах, за что ты нас караешь?! — закричал саргорд
Человек с гранатометом выстрелил — и саргорда бросило куда-то во тьму.
Вертолет Ясур-2000
Объект Имам Али
Район Тебриза
Израильский десантник снова пробился к вертолетной кабине, где экипаж вертолета был буквально на иголках. Два раза на них выскакивали моторизованные скоростные иранские патрули — но оба раза десантникам удавалось отбить атаку до того, как кто-то из иранцев успевал прицелиться в стоящий на земле вертолет из гранатомета. Рано или поздно — их везению должен был прийти конец.
— Подъем, поднимай машину! Коридор пробит!
На горизонте полыхало белое зарево
— Какой курс?
— Сто двадцать!
— Ты охренел! Там зенитные установки на каждом шагу!
— Там наши! Коридор пробит, поднимай машину!
— Черт бы вас побрал, ублюдков!
Вертолет поднялся тяжело, покачиваясь в воздушных потоках, ручка управления была тоже тяжелой. Казалось, что вертолет не хочет лететь туда, навстречу пламени, он все понимает, как живой.
— Бортстрелкам готовность!
— Есть левый борт!
— Есть правый борт!
— Есть корма!
— Идем на предельно малой. Прокладывай курс!
— Держу, Рафи. Давай левее… там, кажется, есть ложбина! Проскочим.
Едва не обдирая брюхом ветки местного, жесткого и колючего кустарника, Ясур-2000 устремился по направлению к ярко разгорающемуся пламени. Пулеметные установки не были подавлены полностью, местность была нашпигована гранатометчиками, оставалось надеяться только на себя!
— По фронту! Ракетчик по фронту!
Неизвестный солдат, скорее всего молодой басидж, еще пацан — поднялся из зарослей кустарника, это было видно на приборе ночного видения. Видно было и то, что у него на плече гранатомет РПГ-7 и он целится им прямо в летящие на него вертолет.
Ни влево, ни вправо, ни вверх — уже бесполезно.
— Держитесь!
Вместо того, чтобы попытаться набрать высоту — пилот увеличил скорость, вертолет несся прямо на стрелка.
— Твою ма-ать! — закричал по-русски штурман, он не был русским, но хорошо помнил, как ругался в таких случаях отец.
Фигурка стрелка окуталась пламенем и… вертолет пронесся над ним. Забухал кормовой станковый пулемет, обрабатывая место, где все еще был дым.
— Черт, что…
— Повреждение. Носовой локатор поврежден.
— Критическое?
— Нет, перехожу на дублирующую схему.
— Господи, у нас в носу граната!
Это и в самом деле было так — взрыватель ракеты РПГ не успел взвестись, и она воткнулась в нос израильского вертолета подобно копью. Ни один вертолет, кроме этого старого Сикорского — не смог бы пережить подобное.
Они увернулись еще от одной ракеты — и наконец, увидели зеленый, фосфоресцирующий дым…
— Вертолет! Вертолет!
Несколько израильтян заняли позицию на холме, держа огнем на расстоянии боевиков иранской революционной гвардии, пытающихся наступать от подземного комплекса.
— Приготовиться!
Они знали что будет — вертолет сбросит им веревочную лестницу и как только последний зацепится за нее — пойдет назад, в сторону Ирака.
Один из израильтян по имени Гад бросил пулемет и побежал по холму вниз, к горящим машинам.
— Куда! Назад! Назад!
— Мы должны забрать своих!
— Нет времени! Нет времени, что ты творишь?!
— Тогда улетайте без меня! Я останусь тут!
С вертолета сбросили веревку. Гад, добежав до машины, где нашел свою смерть командир израильской группы и трое его сослуживцев, сорвал куртку, начал сбивать ею уже мутное, чадное, горящее из последних сил пламя.
— Черт бы тебя побрал!
— Командир, вертолет! Вертолет!
— Держите его!
— Сдай чуть вперед!
Нервы у израильского пилота сдали окончательно
— Да вы что, охренели, мать вашу?! — он выкрикивал все новые и новые ругательства на десантника, сунувшегося в кабину — нас сейчас второй раз ракетой подобьют и все тут останемся! Все тут останемся!
— Там человек! Наш! Он живой!