Ретро Бит 1-10 - Сева Сотх
Я поочередно продемонстрировал работу поворотников, стоп-сигналов и клаксона. Каждый пункт мистер Кент отмечал у себя в планшете. Обычном, бумажном. Я уже знал, что скорее всего не сдам, потому что когда препод хочет завалить студента, у того оказывается листок в линеечку или другой фатальный недостаток подготовки. Но сдаваться не собирался!
— Хорошо, машина в порядке. Но покажите, как вы продемонстрируете поворот и остановку ручными знаками.
Еще одна ловушка с экзамена Линды. Ни разу я не видел, чтобы кто-то показывал эту пантомиму с заменой поворотников положением рук. Но владеть ей, оказывается, обязан. И очень хорошо, что по пути мы их повторили. Я почему-то пребывал в святой уверенности, что торможение надо обозначать, подняв высунутую из окна руку вертикально вверх. А оказалось, что нужно наоборот, вниз, согнув в локте. Быть может, опять локальные пендехостанские правила.
Пожалуй, вся эта бюрократия меня не бесит. У нас в воронежском ГАИ экзамен заключался в том, чтобы скинуться деньгами представителю автошколы, а тот, в свою очередь, сунул взятку милиционеру. А тут на вид всё прямо по-честному и официальному.
Хотя, скорее всего, и здесь взяточник коррупционером погоняет, нужно только входы и выходы знать. Не коррупция, а лоббирование! Наверняка Больцман или парни из баррио могли бы всё устроить за малую денежку. Но, во-первых, жаба как-то выжила в кузинатре и душит, во-вторых, не хочется связываться со всяким сомнительным до официальной эмансипации.
— Трогайтесь, мистер Колон, — велел экзаменатор, заняв сиденье по правую руку от меня.
— Сэр, безопасность пассажиров превыше всего. Пожалуйста, пристегнитесь, — попросил я.
— Вижу, мисс Ким хорошо вас подготовила, — прокомментировал тот, выполняя требование. — Начинайте сдавать назад.
И тут мне девушка про ловушку тоже рассказала. “Не верь зеркалам. По правилам мистера Кента ты должен проверить слепые зоны, лично повернувшись назад.”
Так и продолжили согласно списку, названному Линдой. Я не допустил ни одну из ее ошибок. Четко фиксировал стоп-линию, даже если поблизости не находилось ни одной машины, выдерживал дистанцию на светофорах, держался четко в центре своей полосы и прочее, прочее, прочее. Даже вспотел от необходимости удерживать в голове столько переменных, не прекращая управлять автомобилем. Уверен, окажись экзаменатор за рулем лично — не справится с половиной собственных правил.
Мистер Кент никак мои успехи не комментировал, лишь делал отметки в своей планшетке.
— Что же, юноша, давайте разберемся, что именно вы сделали не так и на что вам стоит обратить внимание перед второй попыткой, — с улыбочкой объявил очередной Стив. — Самых грубых нарушений вы, к моему удивлению, сумели избежать, но, казалось бы, незначительные набирают критическую массу. Начнем с вашей техники вращения руля. Вы не держите руки четко на без десяти два, как знали бы, если бы учились водить у лицензированного инструктора, а не мисс Ким.
Список озвученных придирок звучал абсурдно и недоказуемо. Я задерживался у стоп-линии на 2.8 секунды вместо трех, слишком редко и слишком быстро пользовался зеркалами, недостаточно плавно трогался и тормозил…
— И последнее нарушение, лишившее вас критически важных баллов — вы остановились в двадцати дюймах от бордюра, чем создали помеху движению. Правилами предписывается дистанция не более восемнадцати дюймов.
— Поражаюсь вашему опыту и глазомеру, сэр. Вы, не выходя из машины, сумели оценить расстояние, — не стал скрывать сарказма. — Позвольте мне проверить себя.
И достал строительную рулетку из рюкзака, брошенного на заднее сиденье. Часть моего инструментального набора. Конкретно у этой рулетки двойная шкала — дюймы и миллиметры. Увидел, купил и не пожалел.
— Смотрите, сэр — ровно семнадцать дюймов, то есть даже ближе, чем регламентировано, — провел я измерение. — И если именно нарушение дистанции стало в моем случае фатальным — я сдал, не так ли?
— Никто не сдает у меня с первого раза, — сквозь сжатые зубы процедил чиновник. Не иначе как синдром вахтера у него.
— Это очень печальная статистика, сэр. И, откровенно говоря, опасная для вас, — я сочувственно покачал головой. — Четыре года абсолютных провалов? Рано или поздно какой-нибудь дотошный юрист или аудитор обратит внимание на аномалию и вам придется объяснять, в чем отличия между вами и другими экзаменаторами. Любой суд, взяв выборку, обвинит вас в предвзятости. А уж если журналисты узнают… Давайте мы с вами прямо сейчас начнем исправлять возникшую аномалию? Без лишних апелляций и пересмотров.
Усатый тараканище слегка завис. Такое впечатление, что до него только сейчас дошло, какую яму он сам себе выкопал, заваливая всех подряд. Даже если про “никто не сдает” — глупая бравада и не сдает всего половина, любые значимые отклонения в статистике — уже аргумент против него.
— Поздравляю вас, юноша. Вы успешно прошли мой тест на стрессоустойчивость. — расплылся в фальшивой улыбке экзаменатор. — Автострада, особенно в Калифорнии — это не карусель в Диснейленде и потому прежде, чем вас на нее выпускать, мне стоит убедиться, что вы способны выдерживать давление и не попадете в аварию во время первой же самостоятельной поездки, — где-то тут экзаменатор запнулся, — на самом деле у меня проваливаются не реже и не чаще, чем у остальных. Вот ваш бланк об успешном прохождении испытания.
Когда я, довольно улыбаясь, вышел из машины, Линда у меня на шее повисла. Кент неодобрительно на нее покосился, но комментировать не стал. Поправил очки и ушел.
Еще немного очередей и волокиты и я стал обладателем… нет, не пластиковых прав, а справки о том, что они мне положены, достаточной, чтобы сесть за руль.
— Ваша водительская лицензия придет вам домой в конверте по почте, — ответила женщина в окошке, выдавая справку. — Вы… вы что, сдали экзамен Стиву Кенту? С первого раза? Он всех молодых заваливает после той аварии. Неужели вылечился? — тетенька лет пятидесяти так