Harry Turtledove - Око за око

– Ну, вы постоянно об этом вспоминаете во время ваших выступлений в передачах Би-би-си, сэр, – ответил Мэзер.

Мойше скорчил гримасу; капитан говорил правду. Англичанин продолжал, и с каждым словом его немецкий все больше походил на идиш:

– Должен признаться, мы ждем от вас большего, чем просто чтение перед микрофоном заранее подготовленного текста.

– Что вы имеете в виду? – спросил Мойше. – Вы так и не ответили на мой вопрос.

– Я стараюсь подойти к ответу постепенно, – ответил Дональд Мэзер. – В Польше вы узнали, что совместная работа с ящерами далеко не всегда является наилучшим решением, – если вас устроит такая мягкая формулировка.

– Да, далеко не всегда, но если бы я не работал с ними вначале, то сейчас не разговаривал бы здесь с вами, – заметил Мойше.

– И не спасли бы себя и свою семью… – начал Мэзер.

– …и свой народ, – вставил Русецки. – Если бы не ящеры, нацисты нас всех уничтожили бы.

– И свой народ, – согласился с ним капитан Мэзер. – Никто не станет спорить, что вы правильно поступили, согласившись сотрудничать с ящерами против нацистов. Но потом вы поняли, что человечество вам ближе, и выступили против ящеров.

– Да, все точно, – нетерпеливо ответил Мойше. – Но какое это имеет отношение к тому, что вы от меня хотите?

– Сейчас я вам все объясню, – спокойно сказал Мэзер. Несмотря на отменный идиш, внешнее спокойствие выдавало в нем англичанина; на его месте еврей или поляк уже давно принялись бы кричать и жестикулировать. – Вы согласны с тем, что в планах его величества относительно Палестины нет намерения уничтожить евреев? Более того, его величество хочет им помочь?

– Палестина? – повторил Мойше. Упоминание о Палестине заставило Ривку затаить дыхание. Мойше покачал головой. – Да, таких намерений у его величества нет.

«Ну? Ближе к делу», – хотелось сказать Мойше.

Надо отдать должное капитану – он все прекрасно понял.

– Суть дела, мистер Русецки, состоит в том, что евреи Палестины не довольны английской администрацией и объединились с ящерами в Египте, старясь помочь им в наступлении на Святую Землю. Правительство его величества хотело бы отправить вас в Палестину, чтобы уговорить еврейских лидеров сохранить лояльность короне и показать, что, в отличие от польских евреев, их положение не настолько плачевно, чтобы переходить на сторону ящеров.

– Вы хотите отправить меня в Палестину? – спросил Мойше. Он понимал, что его голос звучит удивленно, но ничего не мог с собой поделать. Рядом возмущенно фыркнула Ривка. Он тут же поправился: – Вы хотите послать нас – меня и мою семью – в Палестину? – Он и сам не верил своим словам.

В Польше он размышлял об эмиграции на Святую Землю. Но никогда не относился к этой мысли всерьез, несмотря на трудности жизни в Варшаве. А когда пришли нацисты, было уже поздно.

Теперь же англичанин, с которым он знаком всего пять минут, рассказывает ему об осуществлении безнадежной давней мечты его народа.

– Да, именно таковы наши намерения. Нам не найти лучшего человека для такого дела.

С женской практичностью вмешалась Ривка:

– А как мы туда попадем?

– Кораблем, – ответил Дональд Мэзер. – До Лиссабона вы доберетесь без особых проблем. Затем подводная лодка перевезет вас через Гибралтар. Затем вы пересядете на другой корабль, который поплывет в Хайфу. Как скоро вы сможете собраться?

– Достаточно быстро, – ответил Мойше. – У нас не так уж много вещей.

Тут он сказал чистую правду. Когда они перебрались в Англию, у них была только одежда, в которой они приехали. Потом благодаря доброте англичан и родственников появились кое-какие вещи. Но они не станут брать с собой много – ну, кто потащит кастрюли и сковородки на Святую Землю?

– Если я приду за вами послезавтра в это же время, вы будете готовы? – спросил капитан Мэзер.

Мойше едва не рассмеялся в ответ. Если потребуется, они с Ривкой соберутся за полчаса – если сумеют найти Рей-вена и оторвать его от игры. Два дня на сборы – роскошь, которой должны наслаждаться Ротшильды.

– Мы будем готовы, – уверенно сказал он.

– Хорошо, тогда до встречи.

Мэзер повернулся, собираясь уйти.

– Подождите, – позвала его Ривка, и англичанин остановился. – Сколько мы пробудем в… Палестине? – Она с трудом произнесла это удивительное слово. – Как и когда вы вернете нас обратно?

– Относительно продолжительности пребывания в Палестине, фрау Русецки, все зависит от того, когда ваш муж завершит свою миссию, – ответил Мэзер. – После чего, если вы пожелаете, мы вернем вас в Англию, или, если вы захотите остаться в Палестине, мы сможем решить и эту проблему. Мы не забываем тех, кто нам помогает. У вас есть еще вопросы? Нет? – Он отдал честь, ловко повернулся на каблуках и вышел на лестницу.

Мойше и Ривка переглянулись.

– На следующий год в Иерусалиме, – прошептал он.

Евреи произносили эту молитву с тех самых пор, как римляне разграбили Второй храм почти тысячу девятьсот лет назад. А теперь…

А теперь Мойше схватил Ривку, и они принялись кружить по комнате. Мойше казалось, будто он на седьмом небе от счастья. Ривка успокоилась раньше, чем он. Она всегда твердо стояла на земле.

– Они делают это не для нас, Мойше, а для себя. Как могут евреи помогать ящерам?

– Не знаю, – признался Мойше. – У меня нет ни малейшего представления о том, что происходит в Палестине. Но одно мне известно: если они намерены играть в игры с ящерами, то совершают ошибку. Англичане не заставляют их голодать и не убивают в качестве развлечения – других оправданий для сотрудничества с ящерами не существует.

– Ты сам все видел, – согласилась Ривка, а потом практическая сторона ее натуры взяла вверх. – Нам придется оставить здесь большую часть одежды. На Святой Земле намного теплее, чем в Англии.

– Конечно.

Мойше не думал о таких прозаических вещах. Помолиться у Стены Плача… Он потрясенно покачал головой.

Постепенно Мойше начал осознавать, что с ним произошло несколько минут назад. Он ощутил, как его охватывает радость. Нечто похожее он чувствовал, когда влюбился. Ривка светилась от счастья.

– Прожить всю оставшуюся жизнь в Палестине, – пробормотала она. – Здесь, в Англии, совсем неплохо, по сравнению с Польшей до прихода нацистов тут настоящий рай. Но жить в стране, где полно евреев и никто не будет нас ненавидеть, – о таком мы и мечтать не могли.

– А кто еще живет в Палестине? – спросил Мойше, вновь осознав, что его познания о мире ужасно ограничены. – Арабы, наверное. По сравнению с поляками и немцами они покажутся нам хорошими соседями. Если Рейвен вырастет в стране, где его никто не будет ненавидеть… – Он замолчал.