Александр Маркьянов - Зло именем твоим [СИ]
Объект Имам Али
Район Тебриза
Обездвиженный внедорожник, что-то похожее на американский Ченоут, машину быстрого внедрения — но тут все посолиднее. Четыре места, она довольно широкая, чтобы не переворачиваться при движении по холмам. Каркас безопасности, опоясывающий всю машину и пулемет. Крупнокалиберный пулемет на кронштейне, Дегтярева-Шпагина крупнокалиберный, самый распространенный пулемет в третьем мире…
Один из израильтян поворачивает тумблер — и машина взревывает двигателем. Хвала Господу, движок цел, ни один из снайперов не попытался остановить машину выстрелом по движку.
— Пулеметчикам — ко мне!
Сам Игал садится за крупнокалиберный пулемет. Он должен командовать группой — но он понимает, что те кто сядет в эту машину отправляются на верную смерть и сам хочет быть с ними. За крупнокалиберным должен быть именно он, потому что только он знает, когда открывать огонь. Только он и никто другой — он все уже решил.
— Натан, за старшего! Пробивайтесь к объекту.
— Есть!
— Пошли, пошли, пошли!
Внедорожник срывается с места.
Остров Харк
Южная группа
Несмотря на то, что людей катастрофически мало — лодки приходится замаскировать и оставить на какое-то время вообще без прикрытия. Ими воспользуются бойцы из группы, которая проникла в порт под водой и установила заряды на легкие катера, чтобы не допустить выхода этого проклятого москитного флота в Залив, внезапная атака десятков скоростных катеров может всем очень дорого обойтись. Пока все идет как нельзя лучше, заряды удалось установить тихо, в порт проникли почти идеально — и это значит только то, что дальше будет полное дерьмо…
Беда и пришла — когда всплывшие на поверхность спецназовцы переваливались через борта замаскированных лодок, они не были готовы стрелять и не вели наблюдение за акваторией. Это и стало роковым — из темноты вынырнул, до времени прикрытый корпусом большого танкера патрульный катер, луч света как назло светил именно в том направлении, в котором была одна из лодок, и как назло у пулемета стоял пулеметчик, который увидел что-то подозрительное и недолго думая врезал по катеру и по борту танкера, у которого он стоял — из пулемета.
Из экипажа — четыре человека — который в этот момент пытался занять места в лодке — выжили только двое. У того коммандо, который уже перелез через борт, но не сделал главного, не занял место у пулемета, и у того, кто только переваливался через борт — шансов не было никаких, полудюймовые пули с расстояния не больше двухсот метров моментально выбили из них жизнь, разорвав на куски. Еще двое морских коммандо, поняв что происходит что-то неладное — нырнули и этим спаслись.
Иранец что-то орал и стрелял из ДШК, пули окончательно добивали лодку, искрил пробиваемый пулями борт танкера — и в этот момент вторая лодка, на которую успели забраться все четверо, резко сдала назад, разворачиваясь, чтобы открыть огонь одновременно из носового и кормового пулеметов. Боец на кормовом пулемете включил прожектор — и концентрированный луч света высветил рубку иранского катера и суетящихся в ней иранцев.
Иранские скоростные катера никогда не бронировались ради достижения еще больших скоростных возможностей — и поэтому огонь сразу двух пулеметов Браунинга с небольшого расстояния обрушивших всю свою мощь на небольшой катер. Рубка сразу покрылась искрами, пулемет ДШК замолк — и через несколько секунд обстрела внутри скоростного катера что-то глухо грохнуло, корму охватило пламя. Огонь пулеметов был почти неслышен, хотя глушители на пулеметах сейчас дымились, краска слезала с них…
Лоцман дал катеру полный назад, кто-то активировал взрывные устройства — и серия хлопков раздалась под водой. У причала взрывались катера, которым так сегодня и не выйти на воду…
— Надо подобрать второй экипаж!
— Нет времени! — проорал лоцман — надо зачистить пирсы! На воде еще два катера! Второй выживет!
Когда они готовились к операции, им отдали страшный для израильской армии приказ — трупы своих не подбирать и помощь не оказывать до завершения операции. Для тех кто знает израильтян и израильскую армию — не нужно рассказывать, что это такое. В Ливане и на территориях целые подразделения рисковали жизнью, порой и несли новые потери лишь для того, чтобы вывезти тела своих, раздавленные, разбросанные взрывом — на родину. Точно так же поступал русский спецназ — из боя возвращаются либо все, либо никто. Первый раз подобный приказ был отдан во время подготовки к штурму аэропорта Энтебе, где находились пассажиры с захваченного террористами самолета, тогда на бетонке аэропорта истек кровью командир спецгруппы Джонатан Нетаньяху, родной брат будущего премьер-министра Биньямина Нетаньяху. Второй раз этот приказ был отдан сейчас и не все в душе решили, что будут его исполнять. Этот морской коммандо — по-видимому решил, что все же исполнит приказ, как бы страшен он не был.
Двигаясь задним ходом, он вывел лодку на воду и резко развернул. У пирсов тонули, ложились на бок катера с развороченными магнитными минами днищем, какие-то горели, какие-то просто тонули. По пирсу бежали басиджи и военные моряки, стреляя на ходу. Их было неожиданно много.
Носовой пулемет открыл огонь, пулеметчик бил короткими, каждая пуля, выпущенная им сбивала в воду то одного, а то и двух иранцев, места на пирсе совсем не было, спрятаться было некуда и не за что, а прибор ночного видения и ЛЦУ позволял вести исключительно точный огонь. Иранцы заметались по пирсу, безжалостно истребляемые, кое-кто начал прыгать в воду, кое-кто открыл беспорядочный огонь почему то по кораблям — иранцы воспринимали команды судов, которые пришли за их нефтью как врагов и сейчас они думали, что в них стреляют именно с борта кораблей. С гулким хлопком лопнул прожектор на вышке, у которого было два мертвых тела — и в гавани стало намного темнее, чем было до этого.
Лоцман прибавил скорость — и лодка пошла в море. Настоящие враги были там — куда опаснее, чем те что здесь.
— Готовность на носу и корме! Смотреть по сторонам!
Времени нет. Совсем!
Вырезавшие дыру в заборе из сетки-рабицы спецназовцы проскакивают в мехпарк. Ряды техники… минировать некогда. Легкие бронетранспортеры, похожие на русские, но трехосные, а не четырехосные, какие-то грузовые машины, но с пулеметами в кузове. А вот это уже интересно. Машина, размером с большой американский пикап или легкий грузовик — но на ней солидное вооружение, что-то типа легкой скорострельной пушки. Во время второй мировой такие машины исполняли роль ПВО и вооружались германскими Флак-системами или сорокамиллиметровыми Эрликонами, здесь, судя по виду — русская пушка 2А42, производимая в Иране и переделанная под скорострельное зенитное орудие. Такой штукой можно остановить все кроме танка. Интересно — если вести из нее огонь, она не перевернет машину, там отдача под пять тонн? Наверное, все же лучше стрелять короткими очередями…