Документальные книги читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 81

Программисты — люди не очень публичные, многие работают поодиночке или в небольших группах. Причем самая важная и интересная часть их работы никому не видна, потому что происходит у них в голове. Питер Сейбел, писатель-программист, снимает покров таинственности с этой профессии. Он взял интервью у 15 величайших профессионалов: Кена Томпсона, создателя UNIX, Верни Козелла, участника первой реализации сети ARPANET, Дональда Кнута, Гая Стила, Саймона Пейтон-Джонса, Питера Норвига, Джошуа Блоха, Брэда Фицпатрика, создателя Живого Журнала, и других. Все они «подсели» на программирование еще в школе. Тогда, на заре зарождения отрасли, лишь в немногих учебных заведениях читались курсы по компьютерным наукам. Поэтому будущим гуру приходилось покорять профессиональные вершины самостоятельно, но всех их отличает творческое горение и полная самоотдача любимому делу.

Вы узнаете, что они думают о будущем программирования и как сами научились программировать, как, по их мнению, нужно проектировать ПО, как выбор языка программирования влияет на продуктивность и можно ли облегчить выявление труднонаходимых ошибок.

Самым ценным в творческом наследии Плутарха из Херонеи (ок. 45 – ок. 127) являются жизнеописания выдающихся государственных и общественных деятелей Греции и Рима. … Выдающиеся историки Греции и Рима, составляя биографию исторического деятеля, стремились хронологически, последовательно изложить его жизнь. Плутарх же стремился написать подробную историю «о событиях, избежать нагромождения бессвязных историй, изложить то, что необходимо для понимания образа мыслей и характера человека».

«Сравнительные жизнеописания» – это биографии великих деятелей греко-римского мира, объединенные в пары. После каждой из них дается небольшое «Сопоставление» – своеобразный вывод. До наших дней дошло 46 парных биографий и четыре биографии, пары к которым не найдены. Каждая пара включала биографию грека и римлянина, в судьбе и характере которых историк видел определенное сходство. Он интересовался психологией своих героев, исходя из того, что человеку присуще стремление к добру и это качество следует всячески укреплять путем изучения благородных деяний известных людей. Плутарх иногда идеализирует своих героев, отмечает их лучшие черты, считая, что ошибки и недостатки не надо освещать со «всей охотой и подробностью». Многие события античной истории Греции и Рима мы знаем, прежде всего, в изложении Плутарха. Исторические рамки, в которых жили и действовали его персонажи, очень широки, начиная с мифологических времен и кончая последним веком до н. э.

«Сравнительные жизнеописания» Плутарха имеют огромное значение для познания античной истории Греции и Рима, т. к. многие произведения писателей, из которых он почерпнул сведения, не дошли до нас, и его сочинения являются единственной информацией о многих исторических событиях, их участниках и свидетелях.

Плутарх оставил потомкам величественную «портретную галерею» знаменитых греков и римлян. Он мечтал о возрождении Эллады, искренне веря, что его наставления будут учтены и реализованы в общественной жизни Греции. Он надеялся, что его книги будут вызывать стремление подражать замечательным людям, которые беззаветно любили свою родину, отличались высокими нравственными принципами. Мысли, надежды, пожелания великого грека не потеряли своего значения и в наше время, спустя два тысячелетия.

В книге детально и подробно описывается жизнь Адольфа Гитлера как рокового персонажа истории XX века. На основании 20-летнего изучения литературы и первичных источников автор даёт массу неизвестных подробностей о личности Гитлера и его окружении, которые были овеяны спорами и легендами. Для широкого круга читателей.

Книга «Поэтический мир прерафаэлитов» впервые представляет поэзию прерафаэлитов, их предшественников и последователей в своеобразном диалоге с визуальными образами: многие стихи создавались одновременно с картинами или по их сюжетам; в свою очередь, многие картины были вдохновлены поэзией.

В книге одиннадцать поэтических имен. Читатели смогут познакомиться с новыми переводами, которые были выполнены специально для данного издания, и сравнить переводы с оригиналами.

Литературно-художественное издание 16+

Профессор орлеанского Института изобразительных искусств, директор Архива Модильяни в Париже и Ливорно, Кристиан Паризо представляет Амедео Модильяни не только великолепным скульптором, живописцем и рисовальщиком, но прежде всего — художником редкостного обаяния, каковым он остался в истории мирового искусства и в памяти благодарных потомков. В книге дана широкая панорама жизни парижской богемы, когда в ее круг входили знаменитые художники XX века — Пикассо, Брак, Сутин, Бранкузи, Шагал.

Второй том настоящего издания посвящен дореволюционному русскому и советскому, главным образом изобразительному, искусству. Статьи содержат характеристику художественных течений и объединений, творчества многих художников первой трети XX века, описание и критическую оценку их произведений. В книге освещаются также принципы политики Советской власти в области социалистической культуры, одним из активных создателей которой был А. В. Луначарский.

Статья впервые была опубликована в журнале «Вопросы философии» 1967. № 106.

От начала своей карьеры, когда они были всего лишь группой музыкантов-импровизаторов, играющих психоделический рок, основанный на блюзе, до периода, когда каждый журналист ошибочно называл их "электронными рокерами"; от вездесущей "Темной стороны луны" и до того, как стать первой рок-группой, чья музыка прозвучала в космосе; от потери двух ключевых музыкантов своего коллектива до концертного турне, прошедшего на двух сотнях стадионов; от "Нескольких особей маленьких пушных тварей, собравшихся в пещере и балдеющих вместе с пиктом"(Пикты -- народность, проживавшая в Северной Британии в I -- IV вв. н. э. ), до мрака и обреченности "Стены", -- "Пинк Флойд" всегда был больше, лучше и смелее других. Будучи пионерами в области техники освещения сцены, квадрофонических концертов, театральных концертных постановок и несметного количества технических и артистических инноваций, группа никогда не принимала ответ "невозможно" от своих сотрудников. Такое стремление объять новое было бы пустой бравадой, не будь оно подкреплено продуманной лирикой с глубоким контекстом, утонченным музыкальным талантом и не в последнюю очередь чертовски хорошими мелодиями. Нельзя сказать, что у них не было провалов, -- как мы увидим, на их долю пришлось достаточно песен, довольно средних по качеству, но и они были записаны стильно. Давид Гилмор, Сид Барретт и Роджер Уотерс (и еще несколько музыкантов, появляющихся по мере развития группы) познакомились в студенческие годы в начале 60-х гг. в Кембридже. В юности Гилмор был уличным музыкантом во Франции и Северной Испании, Барретт посещал колледж в Кембридже, а Уотерс учился в Лондоне. Именно там он и встретил нового приятеля, студента-архитектора Ника Мэйсона, сына хорошо известного режиссера кино, и Рика Райта, исполнителя классической музыки с джазовыми тенденциями. Музыканты организуют одну за одной группы, в конце концов приглашая Барретта в свой коллектив (он перебирается в Лондон, его артистический талант обеспечивает ему место в художественном училище). Быстротечные группы меняют свои названия ("Мегадэтс", "Сигма б", "Лионард Лоджерс", "Ти-Сэт"), пока, наконец, музыканты не останавливаются на "Пинк Флойд Саунд", что, как известно каждому школьнику 70-х гг., было производным от имен двух любимых блюзменов Сида Барретта -- Пинка Андерсона и Флойда Кансэла. По мере накопления опыта музыканты переходили от рока и ритм-энд-блюза к собственным психоделическим импровизациям, полюбившимся чудакам новоявленного движения "андерграунд" в Лондоне, но отрицательно воспринимавшимся остальной публикой. Целая комбинация факторов обеспечила группе большое количество лояльных поклонников и феноменальные продажи пластинок--инновации, внимание к незначительным деталям и качеству, превосходная музыка, глубина концепций Уотерса и их связь с жизнью, тайна, связанная с нежеланием группы фотографироваться или давать интервью значительную часть 70-х гг., недостаток синглов в этот важный период творчества, оригинальное оформление альбомов, четкое концертное звучание, зрелищные сценические эффекты и, конечно, особое таинство, которое невозможно повторить, сколько бы денег или аппаратуры ни имелось бы в наличии.

Программная статья фотографа Анри Картье-Брессона «Решающий момент» в оригинальном переводе Татьяны Вайзер была опубликована в 32-м номере журнала «Сеанс».