Виктор Губарев - Генри Морган

Вице-адмиралом формирующегося флота избрали Эдварда Коллира, недавно вернувшегося на Ямайку из бесплодной восемнадцатимесячной экспедиции на фрегате «Сэтисфекшн». Врач Ричард Браун, находившийся на борту корабля Коллира и «не заработавший даже двух пенсов», был назначен главным хирургом флота.

6 (16) сентября Морган отправил своего вице-адмирала к побережью Новой Гранады с флотилией из трех больших и трех малых судов, на борту которых разместились 400 человек (Эксквемелин пишет, что в этой флотилии было четыре судна и одна барка). Коллир и его люди должны были добыть у испанцев продовольствие и информацию «о готовившемся испанском вторжении на Ямайку», а также, если повезет, ограбить в Рио-де-ла-Аче, ранчерию — местную жемчужную ферму.

В письме лорду Арлингтону, датированном 20 (30) сентября, губернатор Ямайки упомянул о том, что 12-го числа капитан Хиз доставил к нему пакет с новостями от Моргана. Адмирал сообщал, что после выхода в море благополучно обогнул Ямайку и поднялся на широту Кубы, где оставил один из кораблей для разведки и добычи «языка». Затем на флотилию обрушился шторм, в результате которого три судна отбились от оставшихся семи. Спустя несколько дней, пишет далее Модифорд, в Порт-Ройял прибыли «три добрых судна и кеч», которые были тут же отправлены в помощь Моргану. В письме сообщалось также о капитане Джозефе Брэдли, вернувшемся из похода в Мексиканский залив: «Капитан Брэдли на прошлой неделе привел квакерское судно, управляемое неким Уотсоном, которое он отбил у испанского военного корабля через 13 дней после того, как тот захватил его, с шестью матросами; названный Уотсон, две проповедующие квакерство женщины и прочие, коих военный корабль уже собирался доставить в Гавану, были перехвачены Брэдли в пределах досягаемости пушек Моро-Касл (гаванской крепости Эль-Морро. — В. Г.)».

И Брэдли, и его компаньоны Геррит Герритсзоон и Йохан Йеллес, долгое время промышлявшие в Мексиканском заливе, вскоре тоже присоединились к флоту Моргана.

Пока часть корсаров и буканьеров занималась охотой и снаряжением судов у острова Ваш, флотилия Эдварда Коллира ушла к берегам Южной Америки. На траверзе Рио-де-ла-Ачи она появилась лишь спустя пять недель — 14 (24) октября.

Эксквемелин описал этот поход весьма схематично и неточно. Питер Эрл, опираясь на данные из испанских архивов, нарисовал более достоверную картину происшедшего.

Население городка в то время не превышало ста человек, включая испанцев, негров, мулатов и метисов. Хотя гавань защищал форт с четырьмя пушками, флибустьеры полагали, что им не будет оказано серьезное сопротивление.

Суда Коллира были замечены береговой стражей на рассвете. В семь часов утра флибустьеры осуществили высадку примерно в двух милях от городка и стройной колонной двинулись к нему по пляжу. Часть жителей Рио-де-ла-Ачи тут же бежала в лес со всеми ценными вещами; другие «при первом появлении врага застыли от страха и не хотели сражаться». Описывая их поведение, очевидец сообщал, что некоторые из них умоляли пиратов пощадить их, а некоторые «спрятались под тюфяками и корзинами».

Без труда овладев городком, Коллир оставил пленных под охраной небольшого отряда, а сам с основными силами двинулся к форту. На переговоры с гарнизоном был выслан трубач — солдатам предлагали сдаться на почетных условиях. Однако к тому времени гарнизон форта был усилен сорока моряками с корсарского судна «Гальярдина», еще недавно оперировавшего против англичан в консорте с Риверо Пардалом, а теперь стоявшего на якоре в гавани. Эти моряки убедили солдат принять бой. Ответ коменданта, доставленный парламентером Коллиру, гласил: «Нет, мы не можем сдаться просто так, ибо это — крепость, принадлежащая королю. Мы можем сдаться лишь в силу принуждения оружием».

Началось сражение, длившееся до вечера. Когда с обеих сторон было убито несколько человек, бой затих и испанцы запросили пощады. Заняв форт, флибустьеры допросили пленных. Двоих из них Коллир велел казнить за то, что «по их вине он потерял так много времени».

Захватив форт и заперев в нем 44 пленника, флибустьеры отправились грабить покинутое жителями селение. Увы, добыча их разочаровала. Пришлось выслать в погоню за беглецами летучий отряд. Он настиг одну из групп беженцев. «На следующий день, — рассказывает Эксквемелин, — пленников стали пытать обычным образом, чтобы узнать, где спрятаны добро и деньги, причем некоторые пленники это знали, а другим ничего не было на этот счет известно. Пираты разделились на группы и сумели захватить довольно много всякого добра и рабов. Испанцы, которые не осмеливались перед этим выйти из леса, устроили все же несколько засад, чтобы остановить пиратов. Но это не помогло, ибо, кто пытался повредить пиратам, тут же попадал в плен».

В отличие от Моргана, никогда не опускавшегося до истязания пленных, Эдвард Коллир пользовался у испанцев весьма дурной репутацией. По свидетельству очевидцев, вице-адмирал собственноручно убил трех пленников, тогда как его люди «хладнокровно совершили тысячу [иных] гнусных дел».

Поскольку захват сокровищ не являлся главной задачей этой экспедиции, флибустьеры через четыре дня переключились на поиски провианта. Пленным сообщили, что, если в течение двадцати четырех дней они не доставят в Рио-де-ла-Ачу тысячу арроб мяса и две тысячи арроб маиса, их всех обезглавят. Специальные уполномоченные были посланы во все уголки провинции с заданием организовать сбор мяса и маиса. Один из них сообщил об этом в письме, адресованном Симону Барранко, губернатору Санта-Марты. Последний вызвал своего секретаря и продиктовал ему письмо для губернатора Картахены дона Педро де Ульоа. Новости были неутешительными. Флибустьеры проболтались, что собирают на Ямайке и у острова Ваш большой флот для вторжения на Испанский Мейн. Нападению могли подвергнуться либо Картахена, либо Панама. Когда дон Педро не позднее 9 ноября (по григорианскому календарю) прочитал письмо от губернатора Санта-Марты, то почти не сомневался, что флибустьеры готовятся напасть на Картахену.

Вскоре после того как требование корсаров было выполнено и провиант погрузили на их суда, Коллир отдал приказ возвращаться на остров Ваш. Помимо мяса и маиса налетчики забрали с собой 38 пленных, «Гальярдину» и еще одну барку, находившуюся в гавани Рио-де-ла-Ачи в день захвата городка.

«С тех пор как Морган послал четыре корабля и барку, — писал Эксквемелин, — уже прошло пять недель, и им овладело беспокойство; он не знал, что и думать: то ли пираты захватили богатую добычу и поэтому задержались, то ли они разбиты; в те места испанцам могло прийти подкрепление из Картахены и Санта-Марии (Санта-Марты. — В. Г.), кроме того, пираты могли нарваться на боевые корабли из Картахены. Морган готов был уже изменить свой первоначальный план, но тут подоспели долгожданные корабли».