Агния Барто - Борис Иванович Соловьев

которой поэтесса обращается к своей юной аудитории, не приводит к «расшатанности» стиха, к ослаблению его внутренней дисциплинированности (как мы зачастую наблюдаем в современной поэзии). Нет, эта дисциплина, очень четкая и по-своему строгая, явственно сказывается в стихах А. Барто, определяет их особую слаженность, стремительность, «мускулистость» (если уместен здесь этот термин), их легкую, хочется сказать — «спортивную» походку (хотя мы и понимаем, какой постоянной и неустанной тренировки и какого высокого мастерства требует такая «легкость»).

Автор любит возместить неточность окончания рифмы ее глубиной, тем, что она охватывает и несколько предшествующих ей фонем:

Буду шить до вечера, Завтра рано встану... Младший брат доверчиво Смотрит на Светлану... С горки на горку По городу Загорску... Врач из кармана достает Две спичечных коробки. Он говорит ребятам: — Вот Здесь божии коровки.

Как видим, отклонение от нормы, нарушение рифмы сочетается со стремлением максимально компенсировать это нарушение, и компенсация в большинстве случаев оказывается настолько значительной, что она «перекрывает» по своему звуковому составу, его акустическому эффекту и выразительности некоторые отклонения от точности созвучия, чем и создается богатство и полнота «неточных» рифменных созвучий.

В стихах А. Барто постоянно сочетаются рифмы нового типа, во многом неведомые поэтике прошлого, и рифмы точные, «классические», но и они не становятся у А. Барто знакомыми, затверженными. Нет, поэтесса стремится придать им свежесть и новизну, находит созвучия точные и богатые, а вместе с тем (насколько мне известно) неожиданные, еще небывалые в русской поэзии, как это мы видим в поэме «У нас под крылом»:

В совхозе птичий гомон, Повсюду он, кругом он. Если дождь как из ушата, Не гуляют индюшата. Поварихи хороши ли? Может, корм не накрошили?

А. Барто любит рифму небывалую, отточенную, «глубокую»:

Смеются все: тупица! А матери не спится... Во двор бы приходила, Нет, там я не тупой — Я первый заводила, И все за мной толпой. А в школе я тупица. Ну что ж мне, утопиться?

Такова рифма и в стихотворении «Несли мы облако с собой»:

Ну Наденька, ну скромница! Мы не могли опомниться.

Или вот «Советчик»:

Как-то в майский день погожий Шел по улице прохожий. Шел и что-то напевал, С комарами воевал: Щелкнет раз — и наповал!..

И такая рифма, как «напевал» — «наповал», не может не поразить своей полнозвучностью, неожиданностью, а вместе с тем и глубоко таящимся в ней комизмом. Следует подчеркнуть и то, что, как бы ни были свежи и неожиданны рифмы в стихах А. Барто, они никогда не принимают самодовлеющего значения, характера жонглирования созвучиями. Нет, они внутренне оправданны, органически входят в художественную систему, призванную раскрыть замысел автора, способствовать его образно-художественному воплощению.

Когда поэт говорит:

О ребенке каждом Думает страна. Тридцать юных граждан Заснули... Тишина...—

то слово «граждане» не случайно явилось рифменным, а сама рифма не случайно приняла неожиданный характер. Здесь новая, свежая, необычайная рифма, примененная художником,— не трюк, не штукарство. Нет, эта рифма как бы выделяет и подчеркивает то слово, которое наиболее важно в смысловом отношении, над которым следует особенно задуматься.

Конечно, здесь учтены далеко не все новые рифмы и не все ритмические модификации стихов А. Барто, а только некоторые, наиболее резкие, решительные, смелые, относительно которых у многих работников детской литературы было сомнение: да способны ли их воспринять ребята? Не отрывается ли автор от своей аудитории?

Даже и такие сравнительно простые стихи, как «Игрушки», которые может усвоить и трехлетний ребенок, казались иным ревнителям ровного, приглаженного стиха слишком смелыми и рискованными. Они не могли понять, как ребенок может уловить лад и ритм таких стихов:

Идет бычок, качается, Вздыхает на ходу: — Ох, доска кончается, Сейчас я упаду!

Им думалось: разве может воспринять ребенок такую структуру стиха, в которой ямб сочетается с хореем, или составную, да к тому же и неточную рифму:

Уронили мишку на пол, Оторвали мишке лапу. Все равно его не брошу, Потому что он хороший.

Но сама практика, являющаяся лучшей проверкой наших теоретических