Малум - Юлия Макс

Мысли переключились на настоящее, не давая времени грустить о прошлом. Стандартный срок командировки по стране был ровно семь дней, и Эва думала о том, что это расследование самое странное и ужасное из всех, что у нее были. Хотелось верить, что в конце концов они его раскроют.

Спустя пару часов «Форд» въехал в Дрезден, и она в который раз поразилась мрачности города. Отстроенный заново после войны, он тем не менее дышал многовековой историей.

Эва припарковала свой старенький Форд в подземном паркинге под главной площадью города. Рядом она увидела джелатерию и не удержалась от покупки. Мороженое всех видов и вкусов было ее слабостью и личным способом подумать или снять стресс. Жмурясь от солнца, Эва набирала ложкой холодную тягучую массу и отправляла в рот. Манго и соленая карамель таяли на языке, заставляя сдерживаться, чтобы не мычать от удовольствия при Якубе. Ягр, к слову, джелато покупать не стал.

– Разве мороженое едят в холодное время года? – с усмешкой спросил он.

Эва от возмущения чуть не подавилась, вспомнив про запас из нескольких ведерок, лежащих у нее в морозилке, но промолчала.

До архива, находящегося в десяти минутах, они дошли пешком. Снаружи Цвингер походил на кем-то оставленную гигантскую театральную декорацию. Пышное барокко, взлетающее балюстрадами и фронтонами, вспухло давно застывшей роскошью, словно надменный аристократ на склоне лет. Песчаник почернел, невидимые трещины проросли прожилками влаги, словно морщины. Скульптуры путти[5] и нимф взирали на них сверху вниз, а над ними возвышались ворота с короной из потемневшего золота. Окна «Зала каруселей» отражали солнце и небо цвета жидкого свинца.

В архиве все пошло не так, как они себе представляли.

Посмотрев на удостоверение Эвы, пожилой мужчина, заведующий архивом, нахмурил брови и кому-то позвонил. Эва и Якуб замерли, пытаясь расслышать, что отвечал ему невидимый собеседник.

Если бы не бюрократия и целый процесс получения пропуска в архив другой страны, Якуб, как предположила Эва, сначала бы получил разрешение официально. Однако переговоры по этому поводу и проволочки с обеих сторон, а еще и обязанность писать длинные пояснительные о том, почему чешскому инспектору нужно посмотреть фамилии нацистских ученых, вылились бы не в одну неделю ожидания. Столько времени у них не было.

– Фрау Эва Водичкова. Да. Просит однодневный доступ в архив. Расследует убийства в Чехии. – Он замолчал, слушая ответ. – Я понял. Хорошо.

Мужчина поднял голову.

– Для начала вы должны заполнить бумаги регистрации, и в течение двух недель мы рассмотрим вашу заявку, фрау Водичкова.

Эва едва сдержалась, чтобы не взвыть. У них не было двух недель.

– Хорошо. Я заполню разрешение, – решилась она.

– Подождите, пожалуйста. Я распечатаю формуляр.

Мужчина отвернулся и подошел к принтеру, который находился за стойкой.

Она посмотрела на турникет примерно в десяти метрах слева от них, а затем окинула взглядом помещение, заметив только одну камеру, которая как раз и была повернута на вход в хранилище. Туда же смотрел и Якуб.

– Послушайте, – прошептала она, чувствуя, как задрожали руки. – Вы должны проникнуть в архив, пока я буду заполнять бумаги.

– Это исключено, – прошипел Якуб и на миг сжал губы в тонкую линию. – Вы подбиваете меня на преступление.

– Мы же ничего не украдем. Нам нужно только взглянуть на список нацистов и сфотографировать определенный период, который есть в документах. Это быстро. И двух недель у нас нет.

– Эва, вы в своем уме? – гневно осадил он ее. Серые глаза стали темнее ртути. – Это правонарушение!

– Вы же понимаете, что информация, которая там хранится, может спасти жизни жителей вашего города? Это важнее, чем то, что вы как бы случайно пройдете за турникет! Да и охраны здесь нет. Некому вас ловить. Камеры наверняка работают в режиме реального времени.

Она была настойчива, пытаясь его переубедить, хотя сама не ощущала уверенности. Якуб ничего не ответил, но скрещенные на груди руки и гневный взгляд серых глаз выдавал все, что он думает о ней и ее идее. Эва и сама понимала, что затея так себе, но лучше этого у них сейчас ничего не было.

– У вас наушники с собой? – наконец спросил он, наблюдая, как мужчина за стойкой распечатывает целую стопку формуляров, стоя к ним спиной.

– Да, – неуверенно ответила она, не понимая, к чему он клонит.

– Вставьте один в ухо. Я сделаю то же самое со своими. – Он набрал видеовызов, и она нажала кнопку «ответить». – Чтобы вы видели архив вместе со мной, – прокомментировал он, доставая наушники из кармана брюк.

Они заглянули за стойку. Экран монитора показывал фойе и место возле стойки, а чуть дальше – турникет. Мужчина все еще не поворачивался, складывая вылезающие из принтера бумаги в аккуратную стопку.

– Сейчас, – прошептала Эва.

Якуб, очевидно собиравшийся что-то ответить, промолчал, но наградил ее неодобрительным взглядом. Он развернулся и бесшумно двинулся в сторону турникета.

У Эвы резко пересохло в горле, а бешено стучащий пульс оглушал. Ягр, оглянувшись на мужчину и удостоверившись, что тот его не видит, перемахнул через турникет и скрылся за поворотом.

Водичкова перевела взгляд на телефон, изображение на экране которого двигалось в такт шагам Якуба. Она видела коридор и двери с табличками на немецком. Якуб останавливался возле каждой из них, читал и двигался дальше.

– Готово, – раздалось рядом с Эвой, и она подскочила от неожиданности.

Администратор протягивал ей пачку формуляров, которые она машинально взяла.

– А где ваш спутник? – подозрительно спросил он.

Эва выдавила улыбку:

– Ушел за кофе через дорогу от Цвингера.

– Вы можете присесть за стол. – Мужчина показал на столик справа метрах в десяти от стойки.

– Спасибо, – выдохнула она.

Эва разложила бумаги на столе, особо не вчитываясь в содержимое. Она снова смотрела на экран мобильного. Якуб вошел в одну из архивных комнат и стал быстро просматривать названия шкафов с документами. У Эвы похолодели руки от авантюры, которую они затеяли.

– «Аненербе», – тихо сказал Якуб, открывая ящик, в котором лежало несколько десятков папок. – Черт. Их слишком много.

– Ищите список участников и их деятельность на территории Лукова, – шепнула Эва.

Пальцы Якуба, которые она видела на экране, быстро перебирали файлы.

– Эва, их слишком много. Я не смогу все отснять, нужно забрать папки с собой.

– Не вздумайте, – тихо ответила она, скосив глаза на администратора, который разговаривал по телефону и не обращал на нее внимания. – У них есть мое имя. Если пропажу обнаружат, моей карьере придет конец, – от волнения ее затошнило.

– Значит, своей карьерой