"Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 - Леонардо Падура
– А дети у вас есть?
– Нет.
– Тогда это будет легче, ты не думаешь?
– Для кого легче?
– Понимаешь, я не знаю, что тут сказать. К тому же я не знакома с твоей женой…
– Но ведь у тебя свой, женский, взгляд на такие вещи, и ты уже дважды разводилась, значит, можешь что-то мне объяснить.
Я не переставала удивляться. Как объяснить моему коллеге, что каждая женщина думает по-своему, что не все мы разделяем какие-то общие взгляды на жизнь, что нет у нас коллективного женского сознания, а играют свою роль характер, мировосприятие, эпоха и воспитание, ведь не были же по одной мерке скроены, скажем, Мэрилин Монро и Мария Кюри. Но, если честно, я боялась, что будет очень трудно внушить ему хотя бы минимальное представление о женском мире, поэтому и решила выкрутиться с помощью банальных фраз, это ведь всегда и в любых обстоятельствах служит надежным средством:
– Послушай, главное – полное спокойствие. Дай ей все как следует обдумать, не дави, не делай никаких глупостей.
Он мог бы послать меня ко всем чертям, но, очевидно, я отыскала какую-то скрытую пружину, которая продолжала действовать вполне адекватно. Он явно взял себя в руки:
– Спасибо, Петра. Да, конечно, никаких глупостей. Я ведь много на что за свою жизнь успел понасмотреться, поэтому даже к краю пропасти никогда не позволю себе приблизиться.
Мне тоже стало спокойнее. Я не знала, на какие безумства способен Молинер, но, когда человек имеет доступ к оружию, всегда лучше, чтобы он воспринимал события хладнокровно.
Входя в кабинет Абаскаля, я больше думала о недавнем разговоре с Молинером, чем о предстоящем деле. И то, что я узнала от Абаскаля, не заставило меня скакать от восторга. Он был опытным полицейским, и, по его мнению, расправиться с Вальдесом вполне мог наемный убийца. Только вот зачем тому понадобилось уже после смерти перерезать своей жертве горло? Вскрытие показало, что он сделал это сразу после точного выстрела. Вывод напрашивался сам собой: предполагаемый убийца получил именно такое задание, то есть речь вполне могла идти о мести. Что-то вроде убийства по заранее намеченному плану.
– Такое часто случается?
– Нет, – признался инспектор. – Как ты понимаешь, заказывая убийство, подобные детали обычно не уточняют. Бывают случаи – скажем, при мафиозных разборках, – когда расправа должна выглядеть показательной; но если надо просто убрать кого-то с дороги, достаточно одного пистолетного выстрела – быстро и надежно.
– То есть можно сказать так: месть в данном случае маловероятна, но не невозможна.
– Да, именно так можно сказать применительно к данному случаю. Убийца выполнил заказ, выстрелив из пистолета, а потом уже не удержался…
– Если только он не хотел специально дать понять, что это месть, чтобы сбить нас со следа.
Абаскаль кивнул, соглашаясь и с такой версией.
– А что бы ты сказал про исполнителя?
– Я помогу тебе выйти на пару наших осведомителей. Они знают, кто пользуется таким оружием, но должен предупредить: вытянуть из них информацию будет очень трудно.
– А что, разве твои информаторы – не надежные люди?
– Профессиональное убийство – дело слишком серьезное. Спрашивать про киллера – все равно что помянуть дьявола. Опасная почва, это все знают.
Он протянул мне листок бумаги с именами и адресами. Я вздохнула. Меня тоже не соблазняла мысль соваться в эти дебри, и я, разумеется, предпочла бы заниматься сейчас простым ножевым ударом, нанесенным любителем, – такие истории нам знакомы и привычны. Потом инспектор обрисовал мне общую картину, касающуюся деятельности наемных убийц в Испании, и от этих сведений мне стало совсем тошно. По словам Абаскаля, еще несколько лет назад все киллеры здесь были иностранцами, людьми без гроша в кармане, и они часто проникали в нашу страну нелегально. Стоила их работа дешево – независимо от того, поручалось им избить кого-то или прикончить, да и полиция сравнительно легко отлавливала таких. Затем ситуация усложнилась: нанимать стали более подготовленных киллеров, но тоже иностранцев. Поймать их становилось все сложнее, потому что, выполнив заказ, они мчались в аэропорт с готовым билетом в кармане, и к поискам приходилось подключать Интерпол. Цены подскочили до полумиллиона песет за один заказ. А раз деньги платились завидные, то свои услуги начали предлагать испанцы. Для них главное – гарантия безопасности, потому как они редко хотят бежать за границу. Они действуют крайне осмотрительно, и мало кто готов сдать их полиции, иначе как за весьма приличную сумму. К сегодняшнему дню гонорар за одно убийство поднялся до двух миллионов песет. Некоторые нашли себе крышу в виде контор по выбиванию долгов. Мы эти конторы тщательно проверяли, но ни разу ни в чем таком уличить их не удалось.
– Тебя послушать, так Испания – идеальное место для киллеров.
– Виной всему наш хороший климат, вот иностранцы и повалили сюда снова – на сей раз мафиози или просто уголовники, бежавшие от правосудия. Сама знаешь, во что превратилась Марбелья.
– Да, и полагаю, охота на такого крупного зверя – дело не самое легкое.
– Правильно мыслишь, Петра, так что держи глаза пошире, даже если в них налетит пыль.
Конечно, подумалось мне, всегда одно и то же: пыль в глазах и грязь на обуви – мало кто позавидует такой жизни.
Гарсон ждал меня в комиссариате, приготовив полное досье. Я вручила ему записку Абаскаля с именами двух осведомителей. Он глянул на них своими добрыми оленьими глазами, потом нахмурился.
– Что-то знакомое? – спросила я.
– Нет, эти – не из моих людей. Мои – мелкие пташки, инспектор. С их помощью нам никогда не выйти на киллеров.
– Разумеется, ведь наемные убийцы – это своего рода элита.
– Хорошие, да. А плохие обычно бывают из самых отбросов, из тех, кому падать ниже уже некуда. Их мы ловим дня за три. Они или принадлежат к маргинальным группам, или безнадежно больны, так что терять им уже нечего, или это обычные уголовники, которым срочно понадобились деньги. Халтурщики, одним словом.
– Наш-то на халтурщика мало похож. Абаскаль считает, что это настоящий профессионал.
– Тогда от моих информаторов, как я и сказал, толку – шиш. Не беспокойтесь, я этим займусь и допрошу обоих.
– Нет