Шепот кружевных берез - Людмила Мартова

Снежана улыбнулась. А старушка Матильда, оказывается, романтичная особа, несмотря на прожитые годы.

– Рассказывайте дальше, – попросила Лиза.

Девушку явно увлекла история.

– Старый граф заподозрил неладное. Видимо, зная безрассудство дочери, понимал, что она может выкинуть что-то подобное, и приставил слуг следить за ней. Конюх, заметив, как Анастасия бежит к роще, отправился за ней. Он настиг девушку у старой березы, схватил, чтобы силой вернуть в поместье, но Анастасия сопротивлялась. В порыве ярости конюх толкнул ее, она упала и ударилась головой о камень. Конюх, испугавшись содеянного, убежал, сделав вид, что не видел побега Анастасии. Если бы он позвал на помощь, возможно, девушку удалось бы спасти, а так она умерла, не приходя в сознание. Когда Владимир ее нашел, было уже поздно. Он обнял безжизненное тело возлюбленной и так и сидел, прислонившись спиной к березе. По его щекам текли слезы, и дерево плакало вместе с ним. На его шершавой коре проступали капли, похожие на слезы.

Матильда Ромуальдовна заметила скептическое выражение лица Снежаны и с вызовом добавила:

– Так гласит легенда.

– И что же было дальше? – нетерпеливо спросила Лиза.

– Граф Рощин, узнав о случившемся, приказал тайно похоронить дочь у той самой березы. Он до конца своих дней приходил к дереву, чтобы просить прощения у горячо любимой дочери, и говорят, что именно его слезы, смешанные со слезами Владимира, дали дереву особую силу. С тех пор и повелось, что каждую ночь, особенно в полнолуние, на коре березы проступают прозрачные капли, слезы Анастасии. Если в полночь прислониться к дереву и собрать эти капли губами, то можно услышать тихий шепот. Это голос Анастасии, который звучит как ветер в ветвях или как далекая колыбельная. Он может предсказать будущее, но только тем, чьи намерения чисты. Влюбленным он шепчет о верности, матерям – о судьбе детей, а тем, кто ищет правду, открывает скрытые тайны.

– Надо будет обязательно сходить к этой березе! – воскликнула Лиза.

– Я же говорю, что не советую, – отрезала Матильда Ромуальдовна. – У местных жителей роща пользуется дурной славой. Здесь не так давно произошла еще одна трагедия. Погибла девушка. У той же самой березы.

– И как давно это произошло? – полюбопытствовала Снежана.

Свежие события интересовали ее деятельную натуру гораздо больше, чем мистические дела давно минувших дней. Не верила она в мистику. Матильда Ромуальдовна снова поджала губы.

– Десять лет назад. Как раз в то время, когда земли выкупил новый владелец и начал создавать этот чудесный санаторий. Мой сын возглавлял группу архитекторов, которые тут все приводили в порядок, потому я и знаю. Погибшая девушка была из этой группы. Чудесная молодая особа, ее, кстати, звали Лизой, как и вас, милочка.

Лиза заметно побледнела. У нее, как уже успела заметить Снежана, вообще оказалась тонкая душевная организация.

– В общем, там была какая-то романтическая история. Эта Лиза влюбилась и отправилась ночью к березе, чтобы узнать будущее, а утром ее нашли у дерева с перерезанным горлом.

– И что же, следствие не установило, кто на нее напал? – поинтересовалась здравомыслящая Снежана, жена следователя по особо важным делам.

– Конечно, установило, – кивнула Матильда Ромуальдовна. – Задержали одного из рабочих, который пытался изнасиловать бедняжку. Но местные говорили, что во всем виноват дух лесника, того самого Владимира Мещерского. Проклятый род, проклятое имя. Это из-за него здесь происходят нехорошие вещи.

– Какие нехорошие вещи? – спросила Таня дрожащим голосом.

– Разные. От приступов панического страха до внезапной смерти, – страшным шепотом закончила Матильда Ромуальдовна и торжествующе обвела глазами всех собравшихся за столом.

Маленькая Танюшка не выдержала и расплакалась от страха. Снежана бросилась успокаивать пятилетнюю дочку, кляня себя, что не спохватилась раньше и не оборвала глупый разговор, явно не предназначенный для детских ушей. Ванечка, мало что понявший, к счастью, продолжал деловито есть свой куриный суп.

– Таточка, не плачь, это просто сказка, – Ирина Григорьевна пришла Снежане на помощь.

– Стра-ашная, – протянула малышка сквозь слезы.

– Она не страшная, она с хорошим концом. Там потом появится добрый рыцарь и всех спасет.

– И принцесса не по-настоящему умерла? – капризно протянула девочка.

– Не по-настоящему, – заверила ее бабушка.

Танюшка, все еще всхлипывая, вернулась к своему супу.

– Предлагаю перейти к обсуждению спа-процедур, – сердито заключила Снежана. – Матильда Ромуальдовна, все это, конечно, очень интересно, но вы на будущее все-таки учитывайте, что за столом маленький ребенок.

– Учту, – коротко и все еще недовольно заметила пожилая дама, и на этом инцидент был исчерпан.

Снежана не считала себя впечатлительной, но рассказ соседки по столу почему-то произвел на нее впечатление. Нет, в мистику, связанную с березовой рощей, она не верила. Да и не выглядела роща суровой и опасной, скорее наоборот. И все же именно там, в этом спокойном и умиротворяющем месте, произошли, если верить Матильде Ромуальдовне уже два убийства, и если первое случилось в какие-то времена, которые можно смело считать чуть ли не доисторическими, то второе произошло не так уж и давно. Каких-то десять лет назад. И следствие, похоже, провели поверхностно.

Как жена следователя, она не терпела ничего, что бросало тень на честь мундира. Ее Зимин относился к делам, которые вел, скрупулезно и ответственно, это Снежана испытала на себе даже дважды[2], и того же требовал от коллег. И Снежана вслед за ним.

Она торопливо доедала свой обед, чтобы наконец увести из ресторана детей, уложить их спать и отправиться в рощу за березовым соком и кружевными набросками. Матильда Ромуальдовна тоже ела молча. Видимо, понимала, что переборщила с болтовней и страшилками. Задумчиво притихли и Таня с Лизой.

– А завтра как раз полнолуние, – произнесла вдруг вторая.

Признаться, Снежана не поняла, что она имеет в виду, но переспросить не успела, потому что к столику подошел незнакомый ей мужчина лет сорока. Был он немного полноват, и из-за этой легкой, чуть излишней полноты казался мягким, словно плюшевая игрушка. Снежана отметила округлые плечи, наметившийся животик, руки с детскими перетяжками на запястьях. Широкие плечи чуть сутулились, но не от усталости, а будто бы для уюта, словно незнакомец был готов обнять всех вокруг.

Было в нем