Маневр пустого города - Юнь Хуянь
Заместитель руководителя Гао легко кивал, слушая ее разъяснения.
– Разумеется, то, о чем вы говорите, мне известно. – Цай Хэн ненадолго замолчал и продолжил: – Но вашему перерасходу не может быть такого простого объяснения! – при этих словах он подтолкнул через стол в направлении Чжоу Юнь толстую стопку скрепленных зажимом бланков.
Бумаги с шелестом скользнули по поверхности стола.
Чжоу Юнь взяла их и, только взглянув, поняла, с чем связан тот «значительный перерасход средств», о котором говорил Цай Хэн. Все бланки в этой стопке бумаг были счетами за лекарства для маленьких пациентов из «голубой комнаты». В каждом из них значилась изрядная сумма, и на каждом стояла ее личная подпись. Чжоу Юнь и сама не представляла, как вышло, что незаметно у нее набралось счетов на такую сумму!
– Замечу, что тут счета только за декабрь этого года… Больница – не благотворительное учреждение. Я надеюсь, вы это ясно понимаете. Администрация предоставила вам «зеленый коридор», а вы, воспользовавшись этим, израсходовали просто астрономическую сумму. Вы, разумеется, снискали славу защитницы бедных и нуждающихся, спасителя жизней, а что делать с этим больнице? Кто будет отчитываться за эти траты? Об этом вы подумали? – говорил Цай Хэн, нервно барабаня пальцами по столу.
Чжоу Юнь молчала.
Цай Хэн добавил:
– Есть еще вопросы по «секретным фондам».
Чжоу Юнь на мгновение оцепенела, потом подняла голову. Лицо ее выражало крайнее изумление. В последние годы организация «секретных фондов» в отделениях была причиной серьезных разногласий и внутренних проверок в общественных больницах. Но отделение неотложной помощи принадлежало к разряду «бедных». В нем не было ни «красных конвертов», в которых врачи получали денежную благодарность за проведенные операции, ни спонсорской помощи от регулярно проводящих конференции компаний-производителей лекарственных препаратов или медицинского оборудования. Откуда у нее могли взяться неучтенные деньги?
– Только не надо так удивляться, – с язвительной насмешкой произнес Цай Хэн, протягивая еще один документ. – Лучше взгляните на это.
Чжоу Юнь посмотрела на бумаги и удивилась еще больше. Это была распечатка таблицы Excel из файла, хранящегося на компьютере в ее кабинете. Она вносила туда те деньги, которые изредка передавали ей родители в благодарность за спасение детей. Поскольку они делали это, украдкой подсовывая под дверь кабинета несколько сотен, иногда тысячу юаней, а Чжоу Юнь не знала, кто именно это сделал, она аккуратно записывала время, место получения и сумму в эту таблицу, а потом использовала эти деньги для оплаты лечения детей из бедных семей, находящихся в «голубой комнате».
Дело было в том, что файл хранился в папке, для доступа к содержимому которой необходимо было ввести пароль. Кроме самой Чжоу Юнь и Сунь Фэй-Эр, его никто не знал. Иными словами – «Послушай, подними голову, посмотри наконец вокруг…».
Чжоу Юнь почувствовала пронизывающий холод во всем теле, будто ее окатили ледяной водой. Она наконец поняла, на что намекала Гун Жун: пока Чжоу Юнь все дни и ночи сражалась на передовой, кто-то у нее за спиной потихоньку устанавливал мины, от которых ей суждено было погибнуть. В негодовании она подняла голову и сказала:
– Я известила товарищей из финансового отдела об этих деньгах, к тому же они не расходовались на личные нужды. Разве можно рассматривать их как «секретный фонд»?
Заместитель директора Гао обратился к Цай Хэну:
– Это совсем небольшая сумма, и она расходовалась по назначению. Вот, посмотрите…
– Нет никакой разницы! Правила таковы: если какое-либо из подразделений внутри больницы ведет отдельную бухгалтерию, то это расценивается как сокрытие средств.
С каменным лицом Цай Хэн указал на толстую стопку финансовых документов.
– Сумма в «секретных фондах» небольшая. А как насчет этой суммы? Она достаточно велика?
Заместитель директора Гао замолчал.
– Хорошо еще, что сейчас конец года. По закону больницы сдают годовой финансовый отчет в конце ноября, поэтому расходы, понесенные в декабре, будут учтены только в следующем году. Когда придет время, мы еще раз подумаем, как разбить эту сумму и распределить ее по месяцам.
После, уже смягчив тон, Цай Хэн обратился к Чжоу Юнь:
– Теперь, в связи с окончанием строительства нового района и новой больницы, я хотел бы узнать у вас, как вы представляете себе продолжение работы отделения неотложной помощи в старом районе и в особенности этой вашей «голубой комнаты». Что вы собираетесь делать?
Чжоу Юнь уже было собралась ответить, но услышала, как заместитель директора Гао тихонько кашлянул. Это был очень ясный намек.
Чжоу Юнь уловила его и поняла, что сейчас от ее ответа зависит, каким будет следующий шаг Цай Хэна и как в итоге решится ее судьба.
Разумеется, Чжоу Юнь знала «правильный» ответ, но не считала его правильным.
Тогда она, глядя прямо на Цай Хэна, ясно и четко произнесла:
– Я по-прежнему твердо придерживаюсь той позиции, которую занимала раньше. Первое: в старом районе должно быть сохранено лечебное учреждение, чтобы гарантировать детям, проживающим здесь, медицинскую помощь по мере необходимости. Второе: места вроде «голубой комнаты», предназначенные для лечения тяжелобольных детей из бедных семей, должны продолжать существовать на долгосрочной основе в общественных больницах.
Цай Хэн улыбнулся, и в его улыбке читалось: «Твой ответ был мне заранее известен».
– А как насчет денег? Прикидывали ли вы – пусть даже не для всего государства, но хотя бы для нашего города, – выдержит ли бюджет, если ежегодно будет пятьдесят таких больных? Какими расходами это обернется?
Не дожидаясь ответа Чжоу Юнь, он повернулся к заместителю директора Гао и произнес:
– Огласи!
Заместитель директора Гао с горькой улыбкой обратился к Чжоу Юнь:
– Товарищ Чжоу, принимая во внимание тот факт, что вы не
Ознакомительная версия. Доступно 34 из 169 стр.