Тени во времени - Джули МакЭлвен

Тени во времени

Джули МакЭлвен

Тени во времени

Роман

Кендра Донован. Книга пятая

Перевод с английского языка (подготовлен с помощью ChatGPT)

Оригинальное издание: Julie McElwain. Shadows in Time. Pegasus Books, 2020.

Посвящение

Джастину и Кейтлин — с пожеланием большой любви на вашем новом совместном пути.

Глава 1

Лев выглядел чертовски злым.

Кендра Донован его прекрасно понимала. Она и сама пришла бы в ярость, если бы прежде вольно бродила по африканским просторам, а теперь оказалась заперта в клетке длиной всего пятнадцать футов, посреди довольно мрачного лондонского Тауэра. Величественный зверь мерил клетку шагами, яростно хлеща хвостом по бокам. Черные губы приподнялись в презрительном оскале, а дикие желтые глаза свирепо смотрели на посетителей, заплативших по шиллингу за право побродить по королевскому зверинцу и поглазеть на экзотических животных.

— Из всех детских воспоминаний о посещении зверинца ярче всего мне запомнились обезьяны, — заметила стоявшая рядом с Кендрой леди Ребекка Блэкберн. — Удивительные создания.

Кендра взглянула на Ребекку. За десять месяцев их дружбы она почти перестала замечать оспины, обезображивавшие лицо подруги, — следствие перенесенной в детстве оспы, едва не стоившей ей жизни. Вместо этого Кендра видела приятные черты лица и проницательные васильково-синие глаза под красиво изогнутыми бровями. Самой примечательной чертой внешности Ребекки были великолепные рыжевато-каштановые волосы, почти полностью скрытые под шелковой шляпкой цвета примулы, украшенной цветами и тремя задорно торчащими страусиными перьями. Лишь несколько выбившихся локонов касались щек. Шляпка подходила по цвету к отделанному мехом шерстяному рединготу. В свои двадцать три года Ребекка была всего на три года младше Кендры.

Или на двести лет старше — смотря с какой стороны посмотреть.

На мгновение у Кендры зазвенело в ушах, к горлу подступила тошнота. Путешественница во времени. Уродец.

Путешествие во времени было для нее в новинку, но странной она считалась всегда. Её родители — Карл Донован, инженер-биогенетик, занимавшийся исследованием генома, и Элеонора Янке, физик-теоретик, специалист по квантовой механике, — были блестящими учеными и сторонниками позитивной евгеники. Они верили, что общество станет лучше, если генетически одаренные люди будут вступать в брак с намерением произвести на свет столь же выдающееся потомство. Кендра и стала результатом такого союза. Её детство прошло под знаком унылой бесконечной учебы; родители заранее распланировали всю её судьбу. Но, поступив в Принстон в нежном четырнадцатилетнем возрасте, она вдруг заявила, что хочет сама выбрать свой путь, исследовать возможности за пределами научных интересов отца и матери. Для подросткового бунта это было довольно невинное желание. Однако Карлу и Элеоноре хватило и этого, чтобы отвернуться от дочери и умыть руки.

Кендра знала, что отец вел на нее досье: отмечал её развитие, ставил галочки напротив учебных достижений или, по его безжалостно высоким меркам, их отсутствия. Она не сомневалась, что последней записью, подшитой им в желтую папку, было: «Неудавшийся эксперимент».

Но она прекрасно знала, что это чушь собачья. В выбранной профессии она добилась успеха. Стала самым молодым сотрудником, когда-либо принятым на службу в ФБР, сначала работала в отделе борьбы с киберпреступностью, затем — в отделе поведенческого анализа. Ей было чем гордиться. Она была чертовски хорошим агентом ФБР — пока сама не пустила все под откос.

И в этом уже нельзя было винить родителей. Она сама решила действовать в обход правил, намереваясь покарать человека, ответственного за провал последней операции, в которой погибла большая часть её группы. По иронии судьбы сэра Джереми Грина убила вовсе не она. Его прикончил наемник, нанятый одним из бывших преступных сообщников Грина.

Но её жизнь все равно бесповоротно изменилась — причем самым непредсказуемым образом. Вспоминая, как спасалась от того же убийцы по потайному ходу замка Элридж, Кендра ощутила мурашки на коже.

До другого конца прохода она так и не добралась.

Что-то произошло: червоточина, вихрь — она не знала. Словно провалилась в ледяной электрический поток, который закрутил ее, разорвал на части и вновь собрал воедино. Когда она выбралась из этого кошмара, мир стал другим. Прощай, двадцать первый век. Здравствуй, девятнадцатый.

— Разумеется, Его Величество распорядился убрать обезьян из королевского зверинца после того, как одна из них оторвала маленькому мальчику ногу, — продолжала Ребекка.

Это отвлекло Кендру от мыслей о прошлом. То есть о будущем.

Ребекка едва заметно передернула плечами.

— Ужасный случай. После того как я прочитала о нем, меня неделями мучили ночные кошмары.

— А как животное выбралось из клетки? — спросила Кендра.

— О, в то время их вообще не держали в клетках. Ведь они так похожи на людей. Для них отвели комнату, обставленную как гостиная.

Кендра уставилась на подругу, не уверенная, что правильно расслышала.

— Посетителям позволяли… общаться с обезьянами?

Нельзя сказать, что люди её эпохи никогда не обращались с опасными дикими животными как с детьми. Иногда кто-нибудь даже проникал в вольер зоопарка — потому что ему так хотелось или на спор. Но Кендра не могла представить себе, чтобы посетителям разрешали свободно разгуливать среди приматов. Тем более — в вольере, обставленном как гостиная.

— Никто не понимал, насколько они опасны, хотя и похожи на нас, — сказала Ребекка. — Впрочем, можно утверждать, что они и впрямь подобны людям, если вспомнить нашу собственную склонность к насилию. — Она задумчиво склонила голову набок. — Интересно, существует ли хоть одно животное, вовсе не способное на жестокость? Полагаю, это заложено самой природой.