Со страниц послевоенных мемуаров большинства германских и иностранных дипломатов министр иностранных дел Гитлера Иоахим фон Риббентроп предстает человеком неумным, малообразованным, самодовольным, напыщенным и совершенно не разбирающимся в политике. Возможно, в жизни он был не слишком приятным человеком. Но для нас важнее его внешнеполитические идеи и их эволюция, его конкретные действия, а также их эффективность, связанные с ним события, имевшие глобальный характер и последствия. В жизни Риббентропа можно проследить несколько трагедий. Трагедия советника вождя, к чьему мнению не прислушиваются, но и не отпускают от себя. Трагедия талантливого, но слабовольного человека, который не может настоять на своем, но не способен отказаться от своего. Трагедия добропорядочного буржуа, связавшегося с революционерами. Точку в этих трагедиях поставил Нюрнбергский трибунал, приговоривший министра к смертной казни.
Имя великого русского поэта Валерия Яковлевича Брюсова (1873–1924), вождя символизма и реформатора литературы, известно каждому образованному человеку, но его биография появляется впервые. Книга содержит проницательный анализ жизненных и творческих коллизий, сплавленных в увлекательный «жизнетворческий» текст. Вдохновенный поэт и требовательный мастер, мудрый учитель и вечный ученик, мистик и рационалист, империалист и большевик, Брюсов-человек предстает перед читателем во всей своей «стообразной сути». Литературные произведения, мемуары, дневники, письма Брюсова и его современников, друзей и врагов, послужили автору материалом для критического жизнеописания, в котором из мозаики фактов складывается достоверный портрет уникальной творческой личности в контексте эпохи, обильной драматическими событиями.
Первую мировую войну 1914–1918 гг. на протяжении четверти века называли просто «мировой», надеясь, что она же будет и последней. Однако эта война открыла эпоху мировых конфликтов и диктатур. О ее причинах и происхождении написано много, однако уроки этого — применительно к опыту каждой страны — не осознаны в полной мере. Ни одна из конфликтующих сторон не признавала свою ответственность, перекладывая ее на плечи противников, а порой и союзников. Именно пример Первой мировой войны, которую развязала горстка людей, обладавших почти неограниченной властью, показывает, что, говоря о вине или ответственности Германии или Франции, России или Англии, мы имеем в виду не страны и тем более не народы, которым не нужна братоубийственная бойня, но только их правящие круги. Возможность войны определяется сложной совокупностью политических, экономических, социальных и даже культурных процессов. Неизбежной ее делают конкретные люди, которых в данном случае можно перечислить практически поименно.
В жизни России, прежде всего духовной и культурной, Италия сыграла огромную и по достоинству оцененную роль. Немногим странам посвящено столько вдохновенных стихов русских поэтов — от Пушкина через Блока до наших современников — как «краю, где небо блещет неизъяснимой синевой». На протяжении веков политика почти не вмешивалась в двусторонние отношения: общей границы нет, общих интересов и тем более оснований для конфликтов тоже, даже с приходом единой Италии в европейскую Большую Политику в 1870-е годы. После Первой мировой войны, когда Италия оказалась в тяжелом экономическом положении и вступила в полосу социальной и политической нестабильности, начался ее трудный диалог с Советской Россией, который вскоре перерос в партнерство и даже дружбу, насколько она возможна между государствами с различными социальными системами и политически непримиримыми режимами.
Россию и Францию всегда связывали тесные и непростые отношения. Французское влияние — от версальского двора до революции 1789 года — в русской истории, культуре и жизни образованного сословия, начиная с середины XVIII века, огромно. Франция несла в Россию новейшие научные открытия и философские учения, литературные моды и социальные идеи. Россия охотно принимала французов, стремясь научиться у них тому, чего не знала сама. Франция тоже манила наших соотечественников, будоражила умы и волновала сердца. Несмотря на обоюдное влечение и интенсивное цивилизационное и культурное взаимодействие, межгосударственные отношения России и Франции далеко не всегда были дружественными и тем более союзными. Неудивительно, что в последней четверти XIX века взоры французских государственных мужей обратились к России и даже самые отъявленные республиканцы были готовы на сближение с «империей кнута», как называли нашу страну европейские либералы. События этих лет содержат в себе много интересного и поучительного, причем не только в сфере «тайной дипломатии» или военного сотрудничества.
Российско-японские отношения в XX веке предстают историей сплошных войн и конфликтов. Все это было, но было не только это. Десятилетие между окончанием русско-японской войны летом 1905 года и русской революцией 1917 года справедливо называют золотым веком дружбы и сотрудничества, уровня которого Россия и Япония не достигали ни до, ни после.
Конечно, проблемы были, порой очень серьезные, но было и стремление к их полюбовному решению, была политическая воля, было понимание общности интересов по важнейшим международным вопросам. Был искренний интерес к истории и культуре друг друга, стремление понять соседа и попытаться заговорить с ним на его языке. Поэтому среди героев книги не только дипломаты и генералы, но писатели и ученые, священники и поэты.