Попаданец. 1940 - Вадим Владимирович Чинцов

Я родился 20 октября 1948 года в Курске. В 1966 году я окончил десять классов школы, после чего был призван на службу в Советскую Армию. В 1970 году я с отличием окончил Рязанское воздушно-десантное училище, после чего служил в частях воздушно-десантных войск. В 1979 году окончил Военную академию имени Фрунзе, в 1988 году — Военную академию Генерального штаба. В 1984—1986 и в 1988—1989 годах находился в командировках в Афганистане, участвовал в боевых действиях, будучи заместителем командира 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии. С июля 1988 года командовал этой же дивизией. 19 февраля 1992 года Постановлением Верховного Совета Белоруссии я был назначен начальником Главного управления Пограничных войск при Совете Министров Белоруссии — командующим пограничными войсками, став первым человеком, занявшим эту должность. Под моим руководством формировались белорусские пограничные войска, я активно участвовал в разработке белорусского пограничного законодательства. Был награждён двумя орденами Красного Знамени, орденами Красной Звезды, «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 2-й и 3-й степеней, шестью афганскими орденами и рядом медалей.

Когда начался распад Союза я едва сдержался от подачи рапорта о отставке. Я знал, что 8 декабря 1991 года в ответ на подписание в белорусской резиденции Вискули беловежского соглашения о роспуске СССР, выдвинулся спецназ КГБ Белоруссии, окруживший лес в районе охотничьей резиденции и ожидавший приказа на арест подписантов соглашения. В ответ из Москвы было приказано находиться на позициях и ждать команды. Но команды так и не поступило. Начальник белорусского КГБ Эдуард Ширковский, должен был без приказа из Москвы арестовать глав союзных республик, однако он и его первый заместитель Геннадий Шкурдь струсили. Мне стыдно было находиться в одних рядах с этими сыкунами, опозорившими свои генеральские погоны и лампасы.

Оказавшись на пенсии я вместо того, чтобы копаться на грядках дачи, копался в архиве КГБ, изучая историю вторжения фашистов и пред-историю нападения, пытаясь переиграть начало ВОВ. Вместе со мной увлекся альтернативной историей и мой друг, бывший заместитель начальника ГРУ Республики Беларусь, а теперь как и я пенсионер-отставник.

Мы за несколько лет изучили биографии всех командиров погранотрядов и погранзастав, руководства Военных округов начиная от командиров полков, руководителей подразделений НКВД Белоруссии и Украины, делая упор на тех, кто служил на нашей родной земле. Мы с Анатолием, так звали друга, пришли к выводу, что командующий войсками Белорусского особого военного округа (с 11 июля 1940 года — Западный особый военный округ) Дмитрий Григорьевич Павлов был не просто дураком, он наверняка сознательно сработал против своего государства, создав в своем округе настоящий бардак. А слабоволие и безынициативность начальника штаба округа Климовских позволило Павлову творить полную дичь. Мы пришли к выводу, что без Павлова округ мог встретить начало войны полностью готовым.

Второго июля 2004 года я как всегда изучал документы с грифом «Секретно» как в груди мое сердце будто сдавила железная рука. Последней моей мыслей было сожаление: «Вот и уходишь ты, Женька, не приняв участия в предотвращении развала великой огромной страны страны, ни попробовав устранить настоящих врагов моей Родины. Господи! Дай возможность изменить ход истории!»

* * *

— Я что, жив? — я с удивлением открыл глаза. Странно, но я не чувствовал своих болячек, мое тело по ощущениям было готово даже к марш-броску. — Где это я?

«Ты кто такой? Какого хрена ты делаешь в моей голове?» — едва слышимый чужой голос заставил меня подскочить с кровати, на которой я лежал. Старая панцирная сетка скрипнула подо мной. За окном светлело. Я огляделся. Я был в комнате, заставленной вещами в стиле ретро. Рука автоматически потянулась к выключателю на стене и свет из под зеленого абажура осветил комнату. Напротив меня стоял старинный шкаф с зеркалом, в котором отражался мужик лет тридцати пяти, шатен, с тренированным телом, которое впрочем желательно еще укрепить; волевой подбородок и пронзительный взгляд серых глаз выдавали настоящего волкодава.

«Че молчишь, ты откуда в моей голове взялся и почему ты управляешь моим телом?»

Я помассировал виски и задал вопрос — Я Женя, Евгений. А ты кто такой?

«Я начальник УНКВД Брестской области Сергеев.»

Я чуть не рухнул на пятую точку — Да ладно! Алексей Андреевич, капитан госбезопасности? В Брест начальником управления вас перевели из центрального аппарата НКВД БССР, где вы занимали пост начальника второго, оперативного, отдела главного управления государственной безопасности НКВД БССР. Вот это я попал! может я сплю под наркозом после операции на сердце?

«А ты откуда меня знаешь, Женя? Ты случаем не шпион?»

— Какое сегодня число? И год заодно уточните.

«Одиннадцатое июня одна тысяча девятьсот сорокового года. Нет, ты не шпион, ты похоже марсианин, раз захватил мое тело. Я кажется с каждой минутой слабею!»

Я ошеломленно взялся за обыск квартиры. Голос настоящего хозяина тела пропал и мне стало намного комфортнее. В шкафу обнаружился комплект формы капитана госбезопасности с тремя шпалами в петлицах, что соответствовали армейскому подполковнику. На полке лежали кобура, Walther PP с двумя полными запасными обоймами, коробка револьверных патронов и финка. В кобуре обнаружился табельный Наган. На стене висел отрывной календарь. День недели был понедельник.

Я протянул руку к оружию и в этот момент меня «накрыло». В глазах потемнело и резкая боль в голове невольно выдавила стон. Похоже «загрузилась» память предшественника моего нового тела. Я оказывается теперь женат и имею сына семи лет, которые сейчас находятся в гостях у тещи в московской области.

Дождавшись окончания и став обладателем всех знаний настоящего хозяина тела, я первым делом решил встретиться с первым секретарем обкома коммунистической партии Брестской области Михаилом Тупициным. Первый секретарь области, которая только вошла в состав Советского Союза, сам был бывшим начальником НКВД, только Полесской области БССР (областной центр Мозырь). Михаил Тупицин имел звание капитана ГБ, как и Алексей Сергеев.

Новый начальник управления после назначения в Брест скучал по оперативной работе и создал собственную сеть информаторов, воспользовавшись помощью разведчиков пограничного отряда. Сеть информаторов, действующая в интересах Советского Союза, формировалась еще до 1939 года. А после того как области Западной Белоруссии вошли в состав Советского Союза, многие ценные агенты остались на территории созданного фашистским режимом генерал-губернаторства. Оттуда они продолжали снабжать ценными сведениями советские спецслужбы. Больше всего возможностей работать с этой частью агентуры была у пограничников, которые во все времена