Императрица. Попала так попала! (СИ) - Чинцов Вадим Владимирович

Я родилась в семье военных в 1990 году. Отец Федор Владиленович Романов был полковником ГРУ, а мама Юлия Сергеевна — военным хирургом с подполковничьими звездами на погонах. Родители познакомились в Афганистане, когда отец, тогда еще капитан, после ранения попал в Центральный госпиталь 40-й армии в Кабуле. Мама его прооперировала, достав из него две пули и как только мой отец стал ходячим, он сделал предложение своей спасительнице.

Благодаря отцу я в совершенстве выучила английский и немецкий языки (которые он знал по долгу службы как языки вероятного противника), а мама научила меня латыни и французскому, которым она овладела еще в детстве.

Я вместе с родителями помоталась по гарнизонам, причем училась только на одни пятерки. К семи годам отца направили служить в спецназ ГРУ на должность заместителя командира подразделения, а к моему совершеннолетию он уже подумывал о уходе на пенсию с должности командира полка спецназа военной разведки. Насмотревшись в первый же день на обучающихся бойцов спецназа, красиво отрабатывающих приемы без оружия и с саперной лопаткой, я заявила родителям, что хочу стать офицером спецназа и потребовала от отца научить меня драться. Тот подумал и, переговорив с офицерами, которые имели детей примерно моего возраста, смог в свою очередь уговорить инструктора по рукопашному бою взять четверых детишек, из которых одна девчонка прицепом и уделять нам время после наших школьных занятий.

Инструктор был под метр шестьдесят пять, жилистый и очень сильный — он запросто ломал на спор лошадиные подковы, ему было около шестидесяти, но мало кто давал ему на вид больше сорока. Высшего образования у инструктора не было, но за свои героические подвиги в различных горячих точках (Вьетнам, Ангола и Никарагуа) он имел несколько орденов и кучу медалей, звездочку младшего лейтенанта.

С каждым годом его тренировки усложнялись и увеличивались нагрузки. К пятнадцати годам мы с парнями могли драться наравне с взрослыми срочниками, иногда даже побеждая сверхсрочников за счет техники, сильно проигрывая им в силе и весе. Помимо рукопашного боя мы прошли обучение ориентированию на местности и огневой подготовке, научившись стрелять из любого оружия, в том числе из снайперской винтовки и пулемета. После исполнения мне и моим друзьям четырнадцати-пятнадцати лет инструктор включил в нашу программу обучения тактику разведывательно-диверсионных подразделений, наглядно сравнивая ее с тактикой обычной пехоты или десантно-штурмовых батальонов, мы стали изучать минирование и учились изготавливать взрывчатку и мины из подручных материалов. Я честно говоря охренела, узнав что аптеки и хозяйственные магазины продают всем желающим готовые комплектующие для диверсантов. Наш инструктор в совершенстве знал английский, французский, китайский и корейский, неплохо говорил по-японски. Благодаря этому я практиковалась в уже изученных языках и обучалась новым. Странно, но языки я впитывала в себя как губка. Инструктор считал, что это мой дар и посоветовал по самоучителям выучить испанский и арабский. Я лишь кивнула и родители достали мне самоучители еще и по этим языкам.

Помимо всего моим хобби стала история, особенно все, что касалось войн. Наш начальник штаба только пришел из военно-дипломатической Академии и я с его сыном вечерами «выдаивала» подполковника досуха, получая знания по всем известным мировым битвам, начиная с Александра Македонского и заканчивая разбором баталий Второй мировой. Именно тогда я получила знания по стратегии и логистике, без умения применить которую как оказалось все последние войны, в том числе и Первая мировая, были бы спущены в унитаз. В прочем война с немцами русским генштабом и была проиграна именно поэтому. Как впрочем и поражения Красной Армии в первые годы Второй мировой были вызваны и этими причинами в том числе.

Закончив к восемнадцати годам 11 класс и получив аттестат с отличием, я задумалась как мне попасть в армию. Можно было конечно в отцовском полку пристроиться рядовым бойцом спецназа, но мне хотелось стать офицером.

Как раз в 2008 году Рязанское высшее военно-воздушное командное училище объявило первый набор девушек (20 человек), в качестве эксперимента, на специальность «Применение подразделений десантного обеспечения». После окончания училища это будут женщины-офицеры, командиры взводов укладчиков парашютов, которые обеспечивают выполнение военнослужащими прыжков с парашютом, а также выброску боевой техники с помощью специальных платформ и многокупольных систем. Конкурс составил семь человек на каждое место в женской группе. Я легко получила это место и через полтора года на меня обратили внимание сотрудники ГРУ, которым для особых случаях требовались хорошо тренированные девушки.

Меня перевели на факультет «Применение подразделений специальной разведки». Жить я осталась в женской казарме, а вот посещать занятия я стала исключительно в мужском коллективе. Пару раз ко мне пробовали подкатить свои яйца особо наглые курсанты, но я их на занятиях по рукопашному бою так отмудохала, что от меня стали шарахаться как от ведьмы. Впрочем, именно в училище меня и прозвали ведьмой.

В 2013 году я получила распределение в Севастополь.

После перехода 1492-го отдельного морского разведывательного пункта на сторону Украины, Черноморский флот Российской Федерации на пять лет лишился наступательного морского спецназа. Единственной частью спецназа в его составе в это время оставался 102-й отряд борьбы с подводными диверсионными силами и средствами (102-й ОБПДСС), продолжавший базироваться на территории Константиновской батареи у входа в Главную (Северную) Севастопольскую бухту.

В этот период 102-й ОБПДСС находившийся в составе 68-й корабельной бригады охраны водного района (ОВР) Черноморского флота имел общую численность 60 человек и следующий состав: три отделения боевых пловцов (матросы срочной службы) общей численностью 12 — 15 человек. Вот в этом подразделении и пришлось служить мне первое время. Я как женщина практически не вызывала подозрений и меня привлекали к разведке на территории Украины. Ну и конечно же обучение аквалангу, бою под водой.

После возвращения Крыма меня из-за знания арабского отправили в Сирию, где я дослужилась до подполковника и где получила новый позывной Императрица — я была полной тезкой и однофамилицей последней императрицы, что подчеркнул один генерал. Это прозвище закрепилось за мной и Ведьмой меня называли только ветераны.

С началом 24 февраля 2022 года так называемой специальной военной операции против Вооруженных Сил Украины, меня вместе с моим подразделением срочно перебросили опять на запад. Я через четыре года получила полковника и лично решила провести инструктаж с группой, которая должна была перейти линию фронта и провести диверсионную операцию в тылу противника. Украинские беспилотники заметили активность на нашем НП и заговорила артиллерия, накрывая методично наш квадрат. Увы, но батарея контрбатарейной борьбы была одна на сотни километров фронта и моталась по нему как палочка-выручалочка. Снарядов у наших орудий отчего-то не было (скорее всего все разворовали и распродали налево, возможно и тем же с кем мы и воевали). Поэтому нам оставалось только молиться. Увы, это не помогло и наш НП взлетел на воздух.

Последней мыслью было сожаление умереть одинокой и никому не нужной.

В себя я пришла, не понимая того факта, что осталась жива. Я была вся в поту и мне захотелось пить. Я отбросила с себя похоже пуховое одеяло и поспешила встать. Я была в странной спальне, отделкой и картинами напоминающей комнату дворца. На мне была ночная рубаха с кружевами. Я пошла по пушистому ковру к трельяжу, выполненном в изящном антикварном исполнении. Полная луна освещала большую комнату и я, увидев свое отражение в зеркалах трельяжа, почувствовала себя дурно — это была точно не я. В отражении на меня смотрела худенькая настоящая писаная красавица, высокого роста лет двадцати-двадцати трех, странно, но я держала голову немного вбок и я поправила положение шеи. В улыбке было что-то грустное. В отражении я была очень величественная, очень породистая. Редко можно встретить такую красивую и вместе с тем такую породистую женщину, с таки­ми изящными манерами. Увы, но в той жизни красотой я не блистала, хотя и была привлекательна.