Вложи деньги в бунт! История скандинавских революционеров-налетчиков - Габриэль Кун

© Катайцева Э. С., перевод, 2025

© Нигматулин М. В., перевод, 2025

© ООО «Издательство Родина», 2025

Многим приходила в голову идея отнять деньги у богатых, в том числе и революционерам. Действительно: среди роскошных банков и огромного богатства легко задаться вопросом, почему тома с анализом капитализма заполняют километровые книжные полки, в то время как большие деньги все еще текут снизу наверх. Кроме того, действие с целью получения денег может быть менее унизительным, чем отправка очередной заявки на грант. И разве не было бы приятно избавить проект в Латинской Америке или группу в Юго-Восточной Азии от вечной охоты за средствами? Разве в Каталонии не было человека, который взял крупный заем и передал деньги политическим активистам? Разве не было анархиста, который направил миллионы на движение, овладев искусством подделки чеков?

Для простоты название «Группа Блекингегаде» будет использоваться в этом предисловии как приблизительный синоним и для политических организаций KAK и M-KA, и для незаконных структур, которые они содержали. В книге будет представлена подробная история этих организаций и структур, а также их внутренняя динамика.

В 1966 году на Трехконтинентальной конференции в Гаване, Куба, собрались представители политических организаций из Африки, Азии и Латинской Америки. После конференции радикальные и антиимпериалистические левые Германии приняли аббревиатуру «Триконт» в качестве общего обозначения для трех континентов. Несмотря на отсутствие подобной аббревиатуры, обычно используемой в английском языке, термин был переведен как Триконт в этом предисловии, поскольку ближайшая альтернатива, «Третий мир» (Dritte Welt по-немецки, иногда также используется в предисловии и переводится соответствующим образом), имеет спорное происхождение и коннотации. Противоположностью Триконту является Метрополия, то есть промышленно развитые страны глобального Севера.

К сожалению, среди побочных эффектов «сильной стороны экспроприации» – репрессии и тюремные сроки. Устойчивое перераспределение средств требует основательного мастерства, если оно хочет покоиться на золотых полах. Люди, занимающиеся такой деятельностью, должны иметь ответы на несколько вопросов: Чего вы хотите от жизни? Самореализации? Личного счастья? Счастья других? Кто эти другие? Как далеко они находятся? Заканчивается ли солидарность с вашей семьей, вашими друзьями, вашей страной или вашим континентом? Вы стремитесь принять революционное обязательство или временно присоединиться к рабочей группе? Вы хотите состариться со своей политической практикой?

Экзистенциальные рамки, необходимые для незаконной практики, не всегда удобны: организационная дисциплина вместо личной самореализации, непрерывность вместо спонтанности, буржуазный фасад вместо субкультурных убежищ, твердые убеждения вместо дискурсивных формаций, секретность вместо открытости, бескорыстие вместо политики идентичности и так далее.

Индивидуальной мотивацией – возможно, также предварительным условием – для ремесла добывания денег является надежда на то, что вы способны внести свой вклад в новый мир, эффективно навредить сильным мира сего, преодолеть капиталистическое отчуждение, создать осмысленный образ жизни вместо того, чтобы «быть прожитым». Это может показаться ужасно экзистенциалистским, но общественное бытие и политическое сознание – другими словами, мышление и действия – никогда не были улицами с односторонним движением. Разрыв диалектической связи между практическим опытом и аналитическими размышлениями ведет в тупик, следствием чего является либо академическое бездействие, либо спонтанный акционизм; ни то, ни другое не обеспечивает прочной основы для организованной солидарности.

Бездействие не производит ничего, что «можно было бы удержать в ваших руках», и спонтанный акционизм может быть прекрасен, но борьба за освобождение долгая и не всегда захватывающая. История многих движений предполагает, что у каждого политического поколения хватает сил восстать только один раз, даже если у некоторых людей эта сила сохраняется надолго, вероятно, потому что они социально организованы таким образом, что допускают расширенное коллективное размышление.

В абстрактном смысле международная солидарность означает установление отношений между политическими субъектами, людьми и организациями. Она не основана на проецировании ваших представлений о революции на объекты благотворительности. В надлежащих отношениях солидарности никто не застревает в благоговейном поклонении «лидерам» и никто не позволяет другим принимать решения за себя. Обсуждения проходят на равных, и люди делают это в соответствии с необходимостью и убеждениями, не заключая сделок. Это отношения, основанные на элементарном человеческом взаимодействии. Солидарность в этом смысле не означает поиск новой борьбы каждые несколько лет, когда вы разочаровались в предыдущей; это не означает поиск следующего лучшего места, «где все происходит», или новых «героев», как только прежние ушли или доказали свою коррумпированность.

* * *

Группа Blekingegade была порождением конца 1960-х годов. Ее участники были марксистами-ленинцами, пусть и особого толка. Настойчивость, с которой они поддерживали «национально-освободительные движения» и лагеря беженцев на протяжении почти двадцати лет, отличала их практику от той солидарности, которая распространилась по всему миру: Вьетнам, Палестина, Южная Африка, Зимбабве, Чили, Португалия, Испания, Никарагуа… Члены группы были более решительны, чем подражатели пролетариату 1970-х годов, которые вскоре отступили к поддержке «альтернативного среднего класса».

Насколько нам известно, ни одна другая марксистско-ленинская группа так долго не поддерживала подпольную инфраструктуру для незаконных действий и получения денег. И никто другой не распространял так называемую «теорию паразитического государства», которая, по сути, свела воедино два тезиса. Первый («маоистский»), высказанный в речи Че Гевары на Трехконтинентальной конференции: «Третий мир» – двигатель мировой революции и «деревни, окружающие города». Эта точка зрения стала особенно популярной после периода деколонизации и поражения США во Вьетнаме. Второй тезис утверждал, что рабочий класс в Метрополии был приглушен и умиротворен империалистической буржуазией, которая передала столичным рабочим часть сверхприбылей от эксплуатации человеческих и природных ресурсов в Триконте. Это привело к появлению «рабочей аристократии» (Ленин), которая уже сплотилась вокруг концепции «нации» во время Первой мировой войны и продемонстрировала такую же реакцию в глобальном контексте 1970-х годов. «Социальное партнерство» стало важнее, чем солидарность с соратниками из рабочего класса в Триконте.

Стратегия группы «Блекингегаде» основана на сочетании этих двух предположений. Любые попытки революционного меньшинства мобилизовать массы в Метрополии считались бесполезными до тех пор, пока туда поступали сверхприбыли. Следовательно, поток необходимо было остановить, что потребовало усилить движения в Триконте и позволить им победить. Именно по этой причине группа «Блекингегаде» обратила свое внимание на подобные движения в начале 1970-х, особенно на Ближнем Востоке и в Южной Африке, и на протяжении многих лет снабжала их деньгами и материалами. (Тот факт, что палестинский НФОП стал самым важным партнером группы, вероятно, был связан с присутствием НФОП в Западной Европе и его агрессивной социалистической / интернационалистской ориентацией.)

Группа «Блекингегаде» всегда размышляла о политико-экономических условиях для